Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


Журнал «Твоё здоровье»


Издательство Знание 4/1996

 

Ограничения кровосмесительства

 

 

Допустим, нежность родителей к ребенку счастливо избегла того, чтобы преждевременно разбудить его сексуальное влечение, то есть наступление периода половой зрелости и соответствующих телесных изменений.

Понятно, ребенку легче всего избрать своим сексуальным объектом тех лиц, которых он любит с детства, можно сказать, притуплённым либидо. Но благодаря отсрочке сексуального созревания имелось достаточно времени, чтобы наряду с другими сексуальными задержками воздвигнуть ограничение инцеста, впитать в себя те нравственные предписания, которые совершенно исключают при выборе объекта любимых с детства лиц — кровных родственников.

Соблюдение этого ограничения является прежде всего культурным требованием общества, которое должно бороться против поглощения семьей всех интересов, необходимых для создания более высоких социальных единиц. Поэтому общество всеми средствами добивается того, чтобы расшатать у каждого в отдельности, особенно у юношей, связь с семьей, имеющую лишь в детстве решающее значение.

Ограничение инцеста принадлежит, вероятно, к историческим завоеваниям человечества и, подобно другим нравственным требованиям табу, зафиксировано у многих индивидов органическим унаследованием. Все же психоаналитическое исследование показывает, как интенсивно еще каждый в отдельности в период своего развития борется с искушениями инцеста и как часто поддается им в своей фантазии и даже в действительности.

Но выбор объекта производится сперва в представлении: половая жизнь созревающего юношества может изживаться только в фантазии, то есть в неосуществляемых представлениях.

Фантазии в период полового созревания имеют связь с прекращенным в детстве инфантильным сексуальным исследованием и захватывают еще часть латентного периода. Могут быть совсем или по большей части бессознательными, и поэтому часто невозможно точно установить сроки их появления.

Они имеют большое значение для возникновения разных симптомов, так как являются непосредственной предварительной ступенью их, то есть представляют собой формы, в которых находят свое удовлетворение вытесненные компоненты либидо.

То же самое представляет собой лежащее в основе ночных фантазий, достигающих сознания, сновидение.

Сновидения часто представляют собой только воскресшие фантазии такого рода под влиянием и в связи с каким-нибудь дневным раздражением, застрявшим в состоянии бодрствования («дневные остатки»).

Среди сексуальных фантазий периода половой зрелости выделяются некоторые, отличающиеся тем, что широко распространены и более независимы от индивидуальных переживаний отдельного человека. Таковы фантазии о подслушивании полового общения родителей, о соблазне в раннем детстве любимым лицом, об угрозах кастрации, фантазии о пребывании в утробе матери и даже о переживаниях в материнском чреве.

В этих фантазиях у всех людей снова проявляются инфантильные склонности, теперь усиленные соматическим подчеркиванием. Среди этих фантазий, закономерно и часто повторяясь, на первом месте находится дифференцированное уже благодаря половому притяжению сексуальное стремление ребенка к родителям: сына к матери и дочери к отцу.

Справедливо утверждение, что Эдипов комплекс составляет комплексное ядро неврозов, представляя собой существенную часть содержания, их. В нем завершается инфантильная сексуальность, оказывающая решающее влияние своим действием на сексуальность взрослых.

Каждому новорожденному предстоит задача одолеть Эдипов комплекс: кто не в состоянии это сделать, заболевает неврозом. Успех психоаналитической работы все яснее показывает это значение Эдипова комплекса, и признание его стало тем паролем, по которому можно отличить сторонников психоанализа от его противников.

Одновременно с преодолением этих ясных инцестуозных фантазий совершается одна из самых значительных и самых болезненных психических акций периода полового созревания: освобождение от авторитета родителей. Благодаря этому создается столь важная для культурного процесса противоположность нового и старого поколений.

Однако на каждой из остановок на пути развития, который предстоит совершить отдельным индивидам, некоторые из них застревают, и таким образом имеются также лица, которые никогда не смогли освободиться от авторитета родителей и оторвать от них свою нежность совсем или частично.

В большинстве случаев это девушки, которые, к радости родителей, сохраняют полную свою детскую любовь далеко за период созревания. И тут очень поучительно наблюдать, что в последующем браке у этих девушек не хватает возможности дарить своим мужьям то, что им следует: они становятся холодными женами и остаются анестетичными (бесчувственными) в сексуальных отношениях.

Отсюда ясно, что «несексуальная» любовь к родителям и половая любовь питаются из одного и того же источника. Первая из них соответствует инфантильной фиксации либидо. Чем больше приближаешься к глубоким нарушениям психосексуального развития, тем очевиднее становится значение инцестуозного выбора объекта.

У психоневротиков вследствие отрицательного отношения к сексуальности значительная часть или вся их психосексуальная деятельность, направленная на нахождение объекта, остается в бессознательном. Для девушек с очень большой потребностью в нежности и с таким же ужасом перед реальными требованиями сексуальной жизни непреодолимым искушением становится нечто несбыточное. С одной стороны, желание осуществить в жизни идеал сексуальной любви, а с другой — скрыть свое либидо под нежностью, которую они могут проявлять без самоупреков, сохраняя на всю жизнь свою инфантильную, но освеженную в период наступления половой зрелости склонность к родителям или братьям и сестрам.

Психоанализ доказывает, что такие лица в обычном смысле слова влюблены в своих кровных родственников. Даже в тех случаях, когда человек, бывший прежде здоровым, заболел после несчастно пережитой любви, можно с несомненностью вскрыть то, что механизм этого заболевания состоит в возвращении его либидо к предпочитавшимся в детстве лицам.

Также и тот, кто счастливо избежал инцестуозной фиксации своего либидо, все же не свободен совершенно от ее влияния.

Явным отзвуком этой остановки развития является серьезная влюбленность молодого человека, как это часто бывает, в зрелую женщину или девушки в немолодого, обладающего авторитетом мужчину. Выбор их продиктован возможностью оживить образ матери и отца. Под более отдаленным влиянием этих прообразов происходит вообще выбор сексуального объекта.

Особенно мужчина ищет сексуальный объект под влиянием воспоминаний о матери, поскольку они владеют им с самого раннего детства. В полном согласии с этим, если мать жива, она противится этому обновлению и враждебно встречает такой объект.

При таком значении для выбора объекта в будущем детских отношений к родителям легко понять, что всякое нарушение этих детских отношений имеет самые тяжелые последствия для сексуальной жизни в этом хрупком возрасте. И ревность любящих всегда имеет инфантильные корни или, по крайней мере, усилена из-за инфантильных переживаний.

Раздоры между самими родителями, несчастный брак их обусловливают самое тяжелое предрасположение к нарушению сексуального развития или невротического заболевания детей.

Инфантильная склонность к родителям является, пожалуй, самым важным, но не единственным из следов, которые, будучи освеженными при половом созревании, указывают путь для выбора объекта. Другие зачатки того же происхождения позволяют мужчине, все еще основываясь на переживаниях детства, направить свой выбор больше чем только в один сексуальный ряд и создать совершенно различные условия для выбора объекта.

Бесчисленные особенности любовной жизни человека и навязчивость самой влюбленности можно вообще понять, только установив их отношение к детству и сохранившееся влияние этого детства.

 

<<< Содержание номера             Следующая статья >>>