Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


Журнал «Твоё здоровье»


Издательство Знание 1/1995

 

Обсуждение явлений «жизни после жизни»

 

 

Систематический опрос «вернувшихся» (реанимированных) об опыте пережитого ими в терминальном состоянии — на границе жизни — позволяет констатировать, что рассказы их во многом совпадают. Все они говорили о раздвоении, о встрече с близкими, давно умершими, о присутствии некоего света и т.п. "Достоверность этого открытия общепризнана. Однако научный мир еще не дал однозначной оценки этого явления.

Обсуждение важно начать с работы Элизабет Кублер-Росс, психиатра из США, присутствовавшей при последних минутах умирающих, утешая и поддерживая их. Начав с детей, она вскоре распространила свою деятельность и на взрослых, так как заметила, что их близкие часто оставляли их, напуганные приближением смерти.

Ее примеру последовали многие другие люди, так как под ее влиянием стало складываться другое, новое отношение к смерти.

Работа д-ра Кублер-Росс в 70-е годы снискала всеобщее признание и восхищение. Однако, несмотря на это, научный мир все же был изумлен ее заявлением: «Это не есть вера или надежда — я знаю совершенно точно, что существует жизнь после смерти!»

Тем не менее это высказывание д-ра Кублер-Росс, которая в то же время признает, что у нее нет никаких религиозных убеждений, удивило далеко не всех. Впечатляющие факты, породившие такую уверенность д-ра Кублер-Росс, уже были известны и ряду других ученых, которые независимо от нее изучали теми же методами те же самые явления.

Раймонд Муди, доктор философии, начал изучать психиатрию, чтобы лучше понять удивительные рассказы, которые он собрал и из которых он составил книгу «Жизнь после жизни». Медицинские факультеты Айовы, Вирджинии, Стенфорд-ский университет провели аналогичные исследования. Ученые признают, что в момент смерти (или как раз перед смертью) происходят странные явления, которые следует честно исследовать, а не отбрасывать, как галлюцинации.

 

Д-р Муди интервьюировал для своей книги людей, которых можно было бы отнести к трем категориям: лица, вернувшиеся к жизни после того, как врачи признали их умершими; лица, едва не умершие во время несчастного случая или тяжелой болезни; лица, сохранившие воспоминания о высказываниях своих близких в момент смерти.

Случайно услышав два рассказа о пережитом на грани жизни и смерти (причем оба случая произошли в разные годы, но несмотря на это, в них имелось удивительно много общего), он был очень заинтересован этим и стал систематически собирать рассказы «воскресших» и умирающих. Это оказалось не так уж сложно, причем его удивление неизменно возрастало по мере увеличения материала, так как он констатировал постоянное возвращение к некоторой определенной схеме.

 

Вот схема, которая появляется во всех свидетельствах в более или менее полной форме.

Некий человек умирает. Он слышит, как доктор признает его умершим. Затем он начинает слышать неприятный звук, нечто вроде сильного гула, и одновременно ощущение прохождения через длинный черный «туннель». После этого человек обнаруживает себя вне своего материального тела, слегка над ним, и наблюдает, как зритель, попытки реанимации.

После некоторого момента недоумения, вполне оправданного необычностью ситуации, человек наблюдает за тем, что его новая «форма» представляет собой некий вид нематериального «тела», которое видит и слышит, но не может быть ни видимо, ни слышимо.

Затем появляются другие нематериальные существа, друзья или родственники, умершие недавно, «встречают» вновь пришедшего. Одновременно с этим теплый и ласковый «свет» показывает перед ним как бы фильм о его жизни.

Наступает момент преодоления барьера, отделяющего жизнь от смерти. Несмотря на то, что он хочет остаться возле этого источника света, мысли о незавершенном деле, о детях, которых нужно воспитывать, не позволяют ему перейти этот барьер. Он возвращается к жизни.

Позже он старается, несмотря на то, что человеческие слова с трудом позволяют ему это сделать, рассказать о своем опыте. После нескольких попыток, вызывающих насмешки и недоверие, он перестает рассказывать о своих переживаниях. Тем не менее вся его жизнь изменяется. В частности, он больше не боится смерти.

Порядок, в котором происходят все эти события, может варьироваться: некоторые люди видят перед тем, как выйти из собственного тела, близких, умерших недавно, другие встречают вначале некий свет и т.д. Люди, в отношении которых была зарегистрирована клиническая смерть, обычно описывают более полную картину, включающую большее число событий.

Те, кто как бы были на грани смерти, не переживают полностью упомянутые события. Большее число воскресших людей не помнят ничего. Д-р Кублер-Росс в интервью для журнала «Мак Коллз» отмечает, что все медсестры свидетельствуют о том, что старики на смертном одре нередко обращаются к умершим друзьям.

Естественно, что это всегда расценивали как галлюцинации, спровоцированные морфием, или как предсмертный психоз. В тех случаях, которые д-р Кублер-Росс наблюдала сама, больные, по ее мнению, в момент разговора с мертвыми были в здравом рассудке. Это явление привлекло ее внимание в самые первые дни работы в больницах, и она стала со все большей серьезностью вслушиваться в рассказы умирающих.

Первое детальное описание явления д-р Кублер-Росс составила в университетском госпитале в г. Чикаго во время семинара. Будучи уже довольно известной, благодаря той помощи, которую она оказывала умирающим хотя бы тем, что выслушивала их, она демонстрировала свой метод студентам, участникам семинара, сидя у постели больной с тяжелой формой рака. Студенты были спрятаны за ширмой.

Демонстрируя, как следует выслушивать умирающего, д-р Кублер-Росс не прерывала рассказа больной:

«На следующий год моя болезнь впервые приняла роковой характер. Как-то днем сестра увидела, что я умираю, и выбежала за помощью. В этот момент я почувствовала себя парящей над своим- телом. Я очень отчетливо ощущала это и видела, что мое лицо очень бледно. Тем не менее я чувствовала себя очень хорошо, почувствовала облегчение и была спокойна. Я видела, как врачи пробуют реанимировать мое тело. Я ясно слышала то, что они говорили, и я хорошо помню, как один из них пошутил, чтобы несколько разрядить атмосферу. Мне хотелось даже сказать им, чтобы они не волновались, потому что мне хорошо. Но мое тело не подавало никаких признаков жизни: не было дыхания, кровяное давление находилось на нуле, кривая энцефалограммы превратилась в прямую линию. Я была признана мертвой. Я вошла в свое тело только три часа спустя. Никаких нарушений в мозге не было обнаружено».

Врачи, стоящие за ширмой, в один голос заявили, что у женщины галлюцинаторный бред и что тут может помочь специфическое психиатрическое лечение. Д-р Элизабет Кублер-Росс на это возразила, что лучший способ отказаться от поисков — это считать рассказ большой галлюцинацией. Не лучше ли рассудочно подходить к толкованию пережитого больным?

После этой первой встречи с непонятными явлениями, которые сопровождают смерть, д-р Кублер-Росс стала придавать особое внимание всему тому, что могло показаться странным в рассказах умирающих. У нее собралось более ста подобных свидетельств.

Люди, опрошенные д-ром Муди, как и те, с которыми говорила Кублер-Росс, нередко имели встречи с дорогими им людьми во время пребывания «между двумя мирами». Они видели живительный свет, и те, которые были верующие, полагали, что он исходит от Бога. Они возвращались в свое тело для того, чтобы продолжить как следует свои дела или заниматься воспитанием детей.

Удивительный случай: слепой химик, о котором было сказано, что он умер, наблюдал извне все приемы реанимации и впоследствии смог описать детали, которые в нормальном состоянии он бы не смог увидеть.

 

Вот несколько свидетельств, собранных д-ром Муди:

«Я был девятилетним мальчиком. В связи с тяжелой болезнью меня увезли в больницу. Во время наркоза мое сердце остановилось. И тогда я испытал необыкновенные вещи. Я услышал ритмическую вибрацию, а затем стал проникать в темное и длинное пространство, вроде трубы. Точно я не могу это описать. Я продвигался, и этот звенящий звук меня сопровождал».

«У меня произошла задержка дыхания. Затем я пролетел с феноменальной скоростью длинную черную пустоту. Вероятно, ее можно сравнить с туннелем».

«Это было что-то вроде безвоздушного цилиндра, в котором я помещался, нигде при этом не находясь. Уже не здесь, но еще и не там. Я продвигался по аллее, очень глубокой и темной. Сестра сделала мне укол, чтобы облегчить смерть. Палата и вся больница стали расплывчатыми, и я проник головой вперед в очень узкий и темный коридор. Мне едва хватало места, и я начал скользить, скользить».

Что же, следует допустить возможность, что такой туннель действительно существует?

Большая часть пациентов д-ра Муди,. которых он цитирует в своей книге, побывали по ту сторону туннеля. Но именно по выходе из туннеля их настигала главная неожиданность, в то время как наша материалистическая цивилизация приучила их отождествлять себя самое со своим телом и отрицать существование духа или обособленной души, им вдруг приходилось увидеть свое тело со стороны.

«Мне было семнадцать лет; я пересекал озеро вплавь. И хотя этот заплыв был для меня привычным, я вдруг понял, что тону... Тело мое то погружалось, то всплывало вновь, но я наблюдал эту картину сверху, будто я плыл в пространстве немного позади моего тела. Я чувствовал себя легким как перо».

«Я тихонько приподнялась, паря на уровне лампы, все детали которой я могла хорошо разглядеть, и остановилась под самым потолком. Я видела врача и медсестер, которые пытались привести меня в чувство. Одна из сестер воскликнула: «Боже, ведь она мертвая!» Другая наклонилась над моим телом и дула мне в рот. Я видела ее затылок и долго вспоминала ее коротко остриженные волосы. Затем они вкатили машину для электротока; мое тело дергалось во всех направлениях, и это показалось мне ужасным. И зачем они так мучаются, думала я. Ведь мне очень хорошо...»

«Доктор и сестры пытались меня оживлять, а мне хотелось им помешать, хотелось сказать, чтобы они оставили меня в покое. Они ничего не слышали и не замечали моей попытки схватить кого-нибудь за руку».

Пациенты д-ра Муди, рассказывая о своем состоянии, нередко подчеркивали неспособность действовать. Паря в какой-то нематериальной форме над собственным телом, они не могли заставить себя услышать, оставались невидимыми для врачей и сестер, проникали через препятствия и не могли удержаться за них руками. И однако им казалось, что эта нематериальная форма напоминала чем-то их тело:

«Это было другое тело... не совсем человеческое тело. Оно имело форму, но не имело цвета. Я чувствовал, что у меня есть то, что обычно называют руками. Это очень трудно определить».

В других случаях при описании нематериального тела рассказывают о ногах, голове. Но иногда такие ощущения не возникали: «Это было тело, но не тело физическое. Его лучше назвать энергетическое поле».

«Это не тело. Я чувствовал себя как бы в прозрачной оболочке или в сгустке энергии. У меня не было физических ощущений, температурных или каких-либо других».

Вот описание, сделанное молодым человеком, «умершим» во время автомобильной катастрофы:

«Мое существо, дух или душа, называйте это как вам угодно, вышло из тела через голову. Оно имело плотность, не в физическом смысле слова, скажем, как волна... Оно было небольших размеров, более или менее округлое, но без четкой поверхности. Его можно сравнить с облаком. Мне казалось, что оно вышло из тела своей наиболее широкой частью и что его конечность, самая узкая, оставалась вблизи головы, как бы в нерешительности — отдалиться ли в самом деле или вернуться...»

Молодой человек был крайне удивлен тем, что выходило из его тела, и любопытство побудило его рассмотреть в деталях это «существо». В ряде случаев подобное любопытство испытывает само тело, которое покидает его хозяин:

«Мне никогда не приходило в голову, что я могу так выглядеть! До сих пор мне приходилось видеть себя на фотографиях али в зеркале, то есть в плоскости. А тут здруг я увидел себя полностью на расстоянии двух метров, в трех измерениях. Мне понадобилось какое-то время, чтобы узнать себя».

«Я ничего не мог понять, я видел собственное тело в постели. Первое, что я почувствовал, — это грусть от вида моего столь потрепанного тела».

«Мое тело превратилось уже в серый труп. Я испытывал чувство отталкивания: мне нисколько не хотелось оставаться в одной комнате с трупом, пусть даже со своим собственным!»

Одна женщина рассказывает, что отчетливо видела своих прародителей, которых потеряла в детстве, и разглядела мельчайшие подробности их одежды. В книге д-ра Муди умершие появлялись в менее отчетливой форме:

«Я увидел друга, умершего недавно, не как физическое тело. Тем не менее я его узнал, тело его было в сохранности, руки, ноги, но оно было видимо... как бы умственно, а не реально».

«Я чувствовал присутствие нескольких лиц, но я их не видел. Время от времени у меня с одним из них устанавливалась какая-то форма общения, но без слов, в мыслях. Они меня успокаивали, давали понять, что все будет хорошо, что они здесь, чтобы мне помогать». Умершие как бы выполняли роль по облегчению перехода от материального состояния к нематериальному: «У них был счастливый вид, я чувствовал, что они пришли сопровождать меня и защищать и что это было им приятно. Словно я вернулся домой, и они меня приветствовали».

«Я спросил его: что происходит? Я жив или умер? Он ничего не отвечал, но приходил часто, пока я болел. И однажды врачи объявили: он будет жить. И больше я его не видел. У меня было ощущение, что он ждал, пока я окончательно не переступлю границу, чтобы вступить в контакт со мной».

 

Самое глубокое впечатление оставляет у умирающих встреча со светозарным существом, о котором говорится во многих описаниях. Речь идет о свете то мягком, то сияющем. Но даже если его блеск становится максимальным, он не ослепляет и не мешает наолюдать окружающие события. Люди, видевшие этот свет, уверены, что речь идет о «существе». От него исходит тепло, любовь, притяжение, которое невозможно передать словами. Хотя описания этого светящегося существа во многом совпадают, разные люди определяют его по-разному: христиане называют его Богом и Христом, евреи — ангелом, а атеисты ограничиваются обозначением его как светящегося существа.

Со светящимся существом быстро устанавливаются коммуникации без произнесения слов. Мысль, исшедшая от светящегося существа, предъявляется человеку: «Готовы ли вы умереть?», «Как вы употребили вашу жизнь?». По-видимому, прежде чем оставить эту жизнь, должен быть подведен итог, и сознание выполненного долга помогает умирающему оставить без сожаления мир живых.

Люди, рассказавшие д-ру Муди о своем внетелесном опыте, не были готовы к смерти, ибо они вернулись в эту жизнь. Одна пациентка рассказывает: «Я вышла из собственного тела, в этом не было никаких сомнений: я видела мое тело там, на операционном столе. Сначала мне было не по себе. Но в это время появился сияющий свет. Масса невероятного, не поддающегося описанию, светло-желтого, почти белого света. Вся комната была озарена. Однако я продолжала отчетливо видеть врачей и сестер. Я недоумевала, что бы это могло означать; последовал вопрос: «Готовы ли вы умереть?» Меня спрашивал «некто», но вокруг никого не было. И вот свет, по-видимому, понял, что час мой еще не настал. Это было что-то вроде экзамена, и я поправилась. Но я почувствовала себя в безопасности, окруженной любовью. Невообразимая любовь излилась на меня. Этот свет был мне очень симпатичен!»

По-видимому, в момент смерти люди в одно мгновение просматривают свою жизнь как в молниеносном кинематографе. Психиатр медицинского факультета штата Айова Рассел Нойс не считает это вымыслом. Он провел опрос 114 человек, выживших после падения с 10-го этажа, воздушной катастрофы или тонущих, и следующим образом описывает последние минуты жизни: после первой фазы неприятия, паники следует кинематографический просмотр основных событий жизни. Вслед за этим наступает состояние «трансцендентности», когда тело перестает ощущаться и действует только дух. Д-р Нойс считает, что это состояние прекращается со смертью, и что свидетельства, собранные д-ром Моуди, представляют фантастические видения, возникшие в сфере подсознательного для примерения со смертью. По наблюдениям д-ра Моуди над людьми в состоянии комы или клинической смерти кинематографический просмотр жизни наступает в совершенно определенный момент: этот фильм прокручивается никем иным, как самим светящимся существом!

Этот кинематографический сеанс, как и все прочие фазы состояний, описанных д-ром Моуди, трудно передается словами. Складывается впечатление, что все моменты жизни встают перед глазами мгновенно и одновременно. И вместе с тем пациенты отчетливо различали детали каждой сцены в трех измерениях и в цвете, по словам некоторых, и вновь испытывали все прежние переживания. Вернувшись к жизни, они в течение нескольких дней сохраняли точное воспоминание о давно забытых событиях.

«Свет спросил меня, что я могу показать из моей жизни или что-то в этом роде. И вдруг появились видения. Я увидела себя девочкой и вновь прожила мою жизнь, год за годом. Я видела себя в детском саду, очень несчастную из-за сломанной любимой игрушки. Потом увидела себя оканчивающей начальную школу с отличием, затем среднюю и т.д.

Все было так четко окрашено, что у меня было полное ощущение присутствия при всех этих сценах, но не так, как это было при жизни, а извне. Другими словами, я видела девочку в окружении других детей и знала, что эта девочка — я. Пока проходили картины моей жизни, я не ви^ дела первоначального света. И вместе с тем он был здесь, я чувствовала его присутствие, и он обнаруживал себя в отдельные минуты.

Эти вмешательства имели целью обратить мое внимание на отдельные детали, подчеркнуть состояние и поступки девочки, которая была я. Упомянутые состояния или поступки всегда были связаны с любовью или познанием. Свет показал мне моменты любви в моем существовании. Так, например, четко всплывали мои отношения с сестрой, которые всегда были очень нежные. Свет появлялся каждый раз, когда я что-то постигала в жизни. Нужно было все время обучаться (свет дал мне понять, что я должна жить и узнавать), и это обучение не заканчивалось со смертью.

Картины прошлого проплывали медленно, и я могла все понять. В действительности же, думается, прошло не более пяти минут».

Д-р Муди отмечает, что световое существо не всегда присутствует во время сеанса показа жизни. В его книге содержатся многочисленные примеры, когда в воспоминаниях людей, уцелевших после несчастного случая, запечатлелся лишь «кинематографический сеанс» без остальных компонентов в виде отделения от собственного тела, встречи с призраками.

Так, солдат, раненый из пулемета, видел как бы серию диапозитивов всей своей жизни, промелькнувших с большой скоростью. Водитель грузовика долго пересказывал свою жизнь и в заключение пояснил, что рассказал лишь десятую часть того, что успел увидеть, пока его грузовик переворачивался.

В мифологии часто рассказывается, что в страну мертвых попадают только после преодоления препятствий, например, реки Стикс у древних греков. Многие пациенты д-ра Муди приближались к такой преграде, но не переступали ее, поскольку они впоследствии оказывались собеседниками д-ра Муди. Не всегда речь шла о реке, это могли быть барьер, серый туман, дверь или просто черта. Поскольку авторы этих рассказов всегда оговаривали, что словесное описание не отражает истинной картины, можно думать, что река, барьер или черта представляют собой различные обозначения одной и той же символической границы между жизнью и смертью.

«У меня было впечатление, что я скольжу по реке в лодке. На противоположном берегу я видела мою мать, отца и сестру, умерших давным-давно. Они знаками звали меня к себе, но я знала, что еще не готова к этому. И в течение всего этого времени я видела врача и сестер, тормошащих мое тело: я наблюдала их усилия как зритель, и мне хотелось им сказать, что они напрасно так трудятся, потому что я не должна еще умереть. Но меня никто не слышал. Лодка почти приблизилась к противоположному берегу, но повернула назад, и, пробуждаясь, мне все же удалось сказать доктору, что я не умру».

 

В большей части свидетельств, содержащих описание границы, умершие родственники и светящееся существо находились по ту сторону. Вот рассказ о том, как светящееся существо оставалось за дверью, что не мешало автору свидетельства его опознать:

«Я углубился головой вперед в узкий проход, который, казалось, был подогнан к размерам моего тела. Было очень темно. Я продвигался все дальше и дальше, пока не увидел прекрасную лакированную дверь без ручек. Через щель между дверью и наличником проникал яркий свет в виде теплых и искрящихся лучей, которые вызывали желание устремиться к этому счастью, находящемуся за дверью. Я воскликнул: «Боже мой, вот я здесь, возьми меня, если хочешь!» Но он отправил меня обратно с такой скоростью, что у меня перехватило дух».

Авторы этих рассказов возвращались назад ради других; вблизи светящегося существа им было так хорошо, что они охотно остались бы насовсем.

«Я не знаю, почему я была отправлена на землю. Впоследствии я много думала об этом и полагаю, что либо для продолжения воспитания моих маленьких детей, либо потому, что я сама не была готова».

«Я не хотела возвращаться, но я думала о трех моих детях и о муже».

«Кто позаботится о моих детях? Я не могла освободиться от этой мысли и, следовательно, не была готова».

Возврат в собственное тело иногда происходит после обратного прохождения туннеля. Молодой человек, попавший в автомобильную катастрофу, ощутил выход души из тела со стороны головы, а затем такой же возврат обратно. Но большая часть пациентов не чувствовала возврата к жизни. Пережитые этими людьми приключения оставляют у них неизгладимые впечатления.

«В течение целой недели после моего возврата к жизни я начинала плакать при мысли о том, что я увидела».

«Я никогда об этом не забывала. Я думаю об этом постоянно».

Эти впечатления отличаются длительной устойчивостью: в отличие от снов или галлюцинаций, воспоминания о которых стираются с течением времени, опыт смерти оставляет чувство исключительной реальности. Большая часть опрошенных лиц настаивает на том, что пережитые ими впечатления не имеют ничего общего со сном.

 

Реальность пережитого феномена ослабляет доверие родных и друзей, с которыми больной делится по возвращении к жизни. Как правило, такие люди очень скоро перестают об этом говорить:

«Я не люблю рассказывать о моих приключениях. Люди смотрят на меня как на сумасшедшего».

«Я рассказывала об этом моей матери, но тогда я была еще ребенком и мать не принимала моего рассказа всерьез».

Кроме того, некоторые вообще не могли выразить пережитого, и им казалось, что слова для этого недостаточны. Короче говоря, эти люди, как правило, об этом не рассказывают, и каждый считает свой опыт единственным, уникальным. Вот почему публикация статьи д-ра Кублер-Росс и выход в свет книги д-ра Муди были откровением для тысяч людей.

«Я не мог себе представить, что другие люди также прошли через это. Теперь я уверен, что не сошел с ума! Я никогда об этом не рассказывал из страха, что мне скажут: когда ваш мозг перестал жить, в нем что-то поломалось, и с тех пор вы бредите».

По возвращении «оттуда» след от встречи со светящимся существом сохраняется. Пережившие эту встречу не перестают задавать себе вопрос: «Как я употребил свою жизнь? Всегда ли я жил наилучшим способом? Как мне построить свою жизнь теперь?» Короче говоря, люди становятся философами и даже метафизиками. Но это нисколько не мешает воспринимать каждое мгновение жизни как исключительную ценность — в конце концов, ведь оно действительно украдено у смерти.

Женщина, которая прежде интересовалась только своей внешностью, резко изменилась после перенесенного испытания: «Я осознала значение моего духа, теперь он для меня важнее моей внешности».

Иногда преобладание духа переходит все обычные границы: «Многие из моих друзей заметили, что я оказываю на них особенное успокаивающее влияние, когда они возбуждены».

«Я читаю мысли и чувства людей при случайных встречах, например, в лифте».

«У меня ощущение, что я читаю мысли людей, и я нередко угадываю, что они собираются сказать еще до того, как они начали говорить. Не знаю, приобрел ли я эту способность во время смерти, или она была мне присуща и раньше, и смерть ее лишь активизировала».

Разумеется, все, кому светящееся существо говорило о любви и познании, по возвращении на землю принялись с жаром любить и познавать. «Каков бы ни был ваш возраст, не переставайте учиться, — заявляет один из возвратившихся. — Ибо я думаю, что это процесс, который продолжается в вечности».

Еще одно важное изменение происходит со всеми, кто вкусил «нездешнее»: они больше не боятся смерти. «Сейчас мне не хочется возвращаться «туда», так как я знаю, что мне следует жить здесь. Но смерти я не боюсь: я знаю, куда я попаду, уйдя отсюда, потому что я там уже был».

«Светящееся существо сказало мне, что вернется. Оно еще сказало, что на этот раз я останусь жить, но что оно вернется, когда я умру действительно, и тогда я его снова увижу».

Все эти люди абсолютно уверены в том, что душа переживает тело. Смерть для них не имеет ничего общего ни со сном, ни с небытием. Говоря о смерти, одна пациентка называла это «возвратом к себе». Другие называли это освобождением, пробуждением. Опыт смерти изменял взгляды атеистов, но взгляды верующих также изменились: на смену мифологическим представлениям «ад — рай» пришло представление сияющего рая для всех. Нет наказания, нет суда, нет гнева Божьего, а есть только воодушевление на то, чтобы извлечь урок из прожитой жизни, чтобы непрерывно возрастать, развивать свой дух в направлении любви и познания.

 

Факт независимого от тела существования души и переживания ею материального тела составляет верование, общее для всех религий. У Платона мы находим ряд текстов, посвященных телу и душе и переживанию души после смерти тела. Он считал, что душа существовала раньше тела, и понимал как усыпление то, что мы называем рождением, а смерть трактовал как пробуждение. У Платона неоднократно встречаются описания того, как душа покидает тело и встречает души других умерших, которые сопровождают ее из старого мира в новый. Божественное существо показывает душе дурные и хорошие поступки, чтобы подвести окончательный итог земного существования. Иногда душа снова возвращается в тело: так было с воином Эром, подобно рассказавшем о своем посещении мертвых в десятой книге «Республики».

Однако самые удивительные аналоги с рассказами, собранными д-ром Кублер-Росс и д-ром Моуди, можно обнаружить в тибетской «Книге мертвых». В этой книге, составленной в VIII веке, собраны устные предания, восходящие к доисторическим временам. Эту книгу читали умирающим, чтобы помочь им достойно встретить смерть, так как в Тибете рассматривали смерть как акт искусства.

Вот что происходит в момент смерти согласно этой книге:

«Сознательное начало» покидает тело и погружается в своего рода «пустоту», в которой царят серые сумерки. Раздаются устрашающие звуки, громыхание и свист. «Сознательное начало», к своему большому удивлению, видит и слышит родных, которые заняты хлопотами вокруг его земного тела, но само при этом остается невидимым. Оно не сразу понимает смысл происшедшего и спрашивает самое себя: «Я жив или умер?»

Это духовное начало заключено в так называемое «иллюзорное сияющее тело», которое способно проходить сквозь горы и свободно от прежних физических недостатков. (Многие пациенты сообщили д-ру Моуди, что их внетелесное «я» не имело физических дефектов, в то время как на их земном теле были проведены ампутации той или иной конечности в результате несчастного случая.)

«Иллюзорное сияющее тело» встречает своих сотоварищей, а затем встречает некий «голубой свет», приближаться к которому следует с любовью. В Книге Мертвых также упоминается о зеркале, в котором отражена вся жизнь данного человека, что позволяет оценить эту жизнь. После Суда следуют богатые событиями приключения, ведущие либо к воскресению в новом теле, либо к чистому счастью (состояние Будды).

Д-р Муди отмечает, что не смог собрать никаких свидетельств о более отдаленных состояниях внетелесной жизни, из которых, по-видимому, никто не возвращается...

В книге д-ра Моуди, помимо ссылок на Платона и «Книгу мертвых», приведены выдержки из трудов шведского философа XVIII века Сведенборга:

«Я лишился чувств и был в состоянии, близком к смерти; между тем мысль продолжала жить, и я наблюдал, что происходит с теми, кто умер, а затем воскрес... В частности, я видел, что душа отделена, извлечена из тела... После смерти люди не сразу обнаруживают, что покинули этот мир. Неясно, в своем ты теле или уже нет... Способность мыслить сохраняется в самом совершенном состоянии.

Дух только что умершего человека встречают его друзья, которые объясняют ему, что такое жизнь вечная... Ангелы спрашивали меня, что я думал о вечной жизни, если вообще о ней думал... Мы общались на универсальном языке... Они показали мне все, что я думал и делал в течение своей жизни, начиная с детства и до самой старости, и ничто не осталось от них сокрытым».

 

Д-р Муди постарался рассмотреть все рационалистические объяснения тем явлениям, которые он наблюдал, и пришел к выводу, что далеко не все можно объяснить и что в приключениях умерших заключена тайна.

Прежде всего, как говорить о смерти? Определение смерти в настоящее время сильно эволюционировало. Остановка сердца недостаточна для заключения о смерти. Плоская электроэнце-фаллограмма (отсутствие электрической активности мозга) является наиболее признанным критерием смерти. Однако известны случаи оживания даже после периода отсутствия биотоков в мозгу. Случалось, что люди оживали через двадцать минут после остановки сердца, хотя считается, что уже через пять минут клетки мозга погибают от недостатка кислорода.

С учетом приведенных определений ряд лиц, опрошенных д-ром Муди, были действительно мертвы. Но если считать смерть необратимым состоянием, то, разумеется, ни один из рассказов не может быть расценен как рассказ истинно умершего и воскресшего человека. Если человек вернулся к жизни, значит, он не был мертв.

Если мы не определяем рассматриваемые состояния как смерть, следует искать научные объяснения. Например, лекарственные средства, применяемые при наркозе, могут вызвать ощущение диссоциации души и тела. Ряд лиц, принимавших ЛСД или галлюциногенные грибы, описывают внетелесные состояния. Д-р Муди приводит свидетельство одной женщины, испытавшей подобные состояния после анестезий у зубного врача. В Англии известен один крайне необычный процесс: мать шестерых детей подверглась оперативной стерилизации; наркоз оказался недостаточно глубоким, и она проснулась во время операции, но в ненормальном состоянии; дух ее отделился от тела, и она отчетливо услышала слова хирурга: «Уж эти толстые мамаши с кучей детей, ну и жесткая же у них матка!» Эти ужасные воспоминания лишили женщину сна, и три года спустя она подала в суд на хирурга и других сотрудников больницы.

Но в ряде случаев свидетельства, собранные д-ром Муди, принадлежат людям, оказавшимся на грани смерти случайно и не получившим никаких наркотических средств. Поэтому данные явления не могут рассматриваться как результат действия наркотических веществ. Согласно рассуждениям д-ра Муди связь может быть обратная: существование «иной реальности» может объяснить некоторые эффекты фармакологических воздействий.

Наркотики, не являясь прямой причиной галлюцинаций, служат как бы ключом, открывающим «иную реальность». Именно так и думают индейцы в Мексике, да и вообще все народы, употребляющие наркотики для достижения состояния, при котором открывается мир духов.

Это — фармакологическое объяснение, но существует физиологическое объяснение: в борьбе со смертью в мозгу может возникать вспышка активности, нечто вроде магнитной бури, свидетельствующей о концентрированных последних остатках энергии. Д-р Муди считает, что этот механизм не может объяснить всех рассматриваемых им случаев.

Далее он приводит неврологическое объяснение. Случаи раздвоения души и тела, видения из прошлой жизни и встречи с умершими близкими — в анналах психиатрии вещи хорошо известные. В частности, при «аутоскопических галлюцинациях» больные видят свое раздвоение. Есть ли сходство между ощущениями умирающих и душевнобольных?

В своей книге д-р Муди показывает, что «аутоскопические галлюцинации» в корне отличны от видения умирающим своего собственного тела извне. По мнению д-ра Муди, двойником является не тело как таковое, но душа, «иллюзорное сияющее тело» тибетцев, которое якобы вышло пройтись разок-другой до положенного часа.

На грани душевного заболевания в некоторых условиях возможны состояния, удивительно сходные с тем, о которых рассказывают оживленные: это случаи полной изоляции. Многие люди, прожившие долгое время в полном одиночестве, пережили внетелесные перемещения, «кинематографические сеансы» и встречи с умершими родными.

Так, например, моряки, попавшие в кораблекрушение и неделями плавающие на обломках, видят себя и свою жизнь резко измененными в результате особых психических состояний. Были проведены лабораторные эксперименты: добровольца с завязанными глазами и закрытыми ушами погрузили в воду с температурой тела. В этих условиях были констатированы те же явления, что и при наступлении смерти.

Д-р Муди отмечает, что длительное пребывание в больнице тоже есть форма изоляции, а смерть — это предельная изоляция. Однако объяснить опыт умирающих через опыт одиночества — это заменять одну тайну другой. Как и для случаев с наркотиками, д-р Муди полагает, что детальное изучение феномена смерти поможет раскрыть тайну психических состояний одиночества.

 

Авторы считают: бессмертие души является вопросом веры, которая едва ли может пробудиться под влиянием описанных свидетельств у тех, кто ею не обладает. У лиц, прошедших через внетелесный опыт, речь идет не о вере, но об уверенности. Уверенность этих людей так потрясает и настолько заразительна, что встречи с ними Элизабет Кублер-Росс и д-ра Муди убедили последних в достоверности такого опыта. Д-р Муди и д-р Кублер-Росс вовсе не стремятся убедить широкую публику в том, что душа действительно переживает тело, но они считают, что смерть заслуживает пристального изучения и должна быть очищена от излишнего драматизма.

Принято делать вид, что смерти не существует. Последние минуты жизни человека становятся особенно мучительными. Установка большей части врачей: «Нельзя говорить больным, что им предстоит умереть» — является глубоко фальшивой.

Напротив, откровенность в этом вопросе приводит в конце концов к известному спокойствию, которое развивается как последняя фаза последовательной смены различных состояний, выявленных Кублер-Росс у людей после сообщения о близкой смерти: неприятие известия, гнев, «торг», депрессия, готовность к неизбежному.

(Реферат по материалам Ж.Ж.Греф).

 

<<< Содержание номера             Следующая статья >>>