Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


Журнал «Твоё здоровье»


Издательство Знание 1/1995

 

Гипноз и аутотренинг

 

 

ОТ РЕДАКЦИИ

 

В русле нашей темы обратимся к возможностям лечения «через» психику человека. Здесь и «забытое старое», и малопонятное новое слились в стремительно развивающейся в нашей стране области психотерапии. Разобраться в нынешнее время рыночных услуг в достоинствах предложений лечиться в каждом конкретном случае встречи с рекламой психотерапевтических услуг практически невозможно. Что, кроме надежд на помощь? Отвечаем: повышайте собственную культуру потребления таких услуг. А это для читателей нашего журнала означает прежде всего знакомство с тем, и стремление к пониманию того, что «варится на кухне» психотерапевта. Вот почему предлагаем публикуемые записки известного психотерапевта, ученого-медика, деятеля практического здравоохранения, кандидата медицинских наук Геннадия Старшенбаума, в которых многие почерпнут конкретные советы и рекомендации для восстановления здоровья.

Для многих, вероятно, событием станет выход в свет книги «Психология отношений (Гипнотизер сходит с подмостков)» Г. Старшенбаума в Москве, в издательстве «Селена», в нынешнем году. Геннадий Владимирович руководит Отделом социально-психологической помощи Московского научно-исследовательского института психиатрии МЗ России. Врачи, психологи, их пациенты и просто испытывающие психологические трудности люди познакомятся в ней не только с секретами воздействия различных методов психотерапии, раздумьями о психической жизни человека, но и с многочисленными практическими советами и рекомендациями, помогающими справляться с различными психологическими проблемами.

 

 

Геннадий СТАРШЕНБАУМ

 

Когда Иисус спустился с горы, огромные толпы народа следовали за Ним. Один прокаженный пришел, склонился перед Ним и сказал: «Господи, если Ты захочешь, то сможешь очистить меня». Протянул Иисус руку, коснулся, прокаженного и сказал: «Хочу. Очистись!» И тот очистился от проказы тотчас же...

Принесли к Нему паралитика, лежащего в постели... И сказал тогда Иисус паралитику: «Вставай, возьми постель свою и иди домой». И встал паралитик, и пошел домой...

Когда Иисус уходил, за Ним последовали два слепца. Они беспрестанно восклицали: «Смилуйся над нами!» Когда Иисус вошел в дом, слепцы приблизились к Нему, и сказал им Иисус: «Верите в то, что могу сделать вас снова зрячими?» Они ответили: «Да, господи!» И тогда коснулся Он глаз их и сказал: «Пусть же случится с вами то, во что верите». И зрение вернулось к ним.

Когда они уходили, к Иисусу привели человека, лишенного дара речи, ибо он был одержим бесами. Иисус изгнал бесов, и к одержимому вернулся дар речи. Народ был поражен.

Но народ жаждал не только чудесных исцелений, а как и всегда, хлеба и зре-г-лищ! А вот и зрелище.

Вскоре после этого Он велел ученикам

сесть в лодку и послал их вперед, на дру

гой берег Галилейского озера. Сам же ос

тался, чтобы отпустить народ. Затем в

одиночестве поднялся в горы, чтобы по

молиться. Когда наступил вечер, Он был

там один. А лодка была уже далеко от бе

рега,, и волны швыряли ее из стороны в

сторону, ибо шла она против сильного

ветра.

Меж тремя и шестью часами утра Иисус пришел к ним, идя по воде. Когда ученики увидели, то испугались и сказали: «Это призрак!» И стали кричать от страха. Тогда Иисус заговорил с ними:

 «Не пугайтесь! Это Ц\ Не бойтесь!» В ответ Петр сказал: «Господи, если это Ты, то прикажи, чтобы я мог подойти к Тебе по воде!» И он сказал! «Подойди!»

Петр вышел из лодки и пошел по воде к Иисусу. Тут он заметил, что ветер стал сильнее, и испугался. И стал он тонуть, закричал: «Господи, спаси меня!» Иисус тут же протянул руку, подхватил его и сказал: «Маловерный, почему ты усомнился?» Они вошли в лодку и ветер прекратился. Те, кто быди в лодке, поклонились Иисусу и сказали: «Ты на самом деле Сын Божий!»

Так повествуется в новозаветной Библии об исцелениях и целительстве, чудесном спасении, основанных на вере, но с помощью внушения и самовнушения.

Девятнадцать векдв прошло с тех пор. В средние века и позже в Европе «эстафету» приняли короли: в королевские обязанности входило исцелять больных возложением рук. Например, английский король Карл II (1630—1685) за время своего правления коснулся рукой около ста тысяч своих подданных, страдавших золотухой. Давка во рремя лечения возникала, надо сказать, такая, что многих затаптывали насмерть. Вильгельм III Оранский (1650—1702) в начале XVIII в. первый отказался участвовать в этом обряде, и когда в положенные дни дурно пахнущая толпа осаждала его дворец, откупался милостыней. Однажды все же удалось уговорить erq возложить руку на больного, и он кротко пожелал ему: «Дай тебе Бог лучшего здоровья и побольше ума».

 

СЕКРЕТЫ ГИПНОТИЗЕРА

А мне, грешному, хотелось делать все это, и когда я стал медиком и начал применять гипноз, у моих пациентов очищалась кожа, начинали двигаться парализованные конечности, восстанавливались речь, зрение, слух...

Вспоминаю одну больную, инвалида первой группы, которой грозила гибель от прогрессирующего заболевания головного мозга. Очаги поражения захватывали уже жизненно важные центры: она не могла ходить, с трудом глотала слюну, задыхалась, не удерживала мочу, и Кал. Нейрохирурги в качестве «средства от отчаяния» предлагали операцию на мозге и ничего не гарантировали... Через два месяца лечения гипнозом ее перевели; на вторую группу инвалидности, и ojfa ушла с палочкой. Конечно, за один ceaiic я не смог бы совершить такое «чудо»^:ведь я всего лишь человек.

Зрелища меня тоже интересовали: ест

брал большой материал по внушенным

галлюцинациям. Мои пациенты видели

под гипнозом при открытых главах что

угодно — от мыши до динозавра. Гладили

кошку на коленях, ощупывали xojjjoT сло

на — «такой шершавый». Они разговари

вали с воображаемыми людьми, плавали

в море и даже летали по воздуху. Превра

щались в детей, лягушек, а то и в часы-

ходики...

На Урале, где я работал после Окончания института, я начал ездить с лекциями, на которых демонстрировал рее. эти «чудеса». А поскольку сцена разбудила во мне актера, то был и риск переквалифицироваться в какого-нибудь факира. Но я был далек от этого, хотел быть только врачом и по совместительству исследователем. Все же со своими пациентами я чувствовал себя более естественна, чем с загипнотизированным залом.       

Некоторые считают, что пожилые, умудренные жизненным опытом Мужчины, особенно волевые, мужественные, мало восприимчивы к гипнозу. По моим наблюдениям, гипнозу, как и любви, все возрасты покорны.        

Как-то ко мне обратился полковник, недавно вышедший на пенсию. Off плохо спал, страдал головными болями4и сердечными приступами и боялся умереть после того, как соседка по даче, особенно на него посмотрев («у него аж седаце остановилось»), сказала, чтобы он готовился к смерти. А слухи про нее ходили всякие... Полковник полагал, что мо^ лечебное внушение будет сильнее и цобедит злые чары соседки. Иначе оставалось только ложиться в больницу. Ну а там, можете себе представить, только ^т ежедневного измерения давление у н§го под-> нималось бы все больше и больше.

Ему хватило одного сеанса. Наладился сон, нормализовалось давление, и' в ближайшие выходные он поехал на дачу. В «бронежилете* моих внушений полковник чувствовал себя в полной безопасности даже перед местной колдуньей. .-.- Известные психологи Р. Конечный и М.Боухал приводят следующие доказательства влияния психики на тело. «Кан-вон убежден в существовании смерти, обусловленной магическими суггестивными маневрами шамана, или влиянием «табу» племени; он описывает, как человек, на которого шаман нацелился костью, завороженно фиксирует ее, протягивает к ней руки, как бы принимая умерт-вляющую силу, вливающуюся в него, бледнеет, глаза его становятся остекленевшими, лицо искривленным, человек пытается кричать, но крик застревает у него в груди; человек дрожит, падает, некоторое время лежит в обмороке, затем поднимается, медленно идет к своей хижине и там через некоторое время умирает.

...Берманн принял участие в экспедиции труппы ученых на Новую Гвинею. Экспедицию сопровождал прусский военный врач могучего телосложения. Грузы экспедиции несли молодые туземцы, находящиеся под тяжелым впечатлением того, что своим уходом из деревни они нарушили «табу», за что после возвращения их ожидала смерть. В приступе ностальгии двое из них умерли уже в лагере без признаков органического заболевания. Когда от страха слег и третий туземец, прусский врач громовым голосом произнес заклинание, которым якобы «прусские демоны» изгнали демонов домашних. Молодой туземец после этого шока остался жив» («Психология в медицине». Прага, 1983).

Испытывая исследовательский научный интерес, я стал анализировать, что же происходит между мною и моими пациентами в гипнозе.

Вспомнил свой самый первый сеанс. Я тогда приехал в свердловский диспансер учиться гипнотерапии. Нахожу психотерапевта, договариваюсь с ним. В это.вре-мя входит пациентка, врач просит меня пока что заняться ею и куда-то выходит. Она ложится на кушетку и выжидающе смотрит на меня. Что ж, я сажусь рядом на стул и изображаю из себя гипнотизера, как я его себе тогда представлял. Когда врач пришел, она спала, а я... не знал, что делать дальше. В общем, гипнозу мне учиться не пришлось, а вот использовать это состояние для лечения оказалось делом более сложным.

Что же произошло на моем первом сеансе? По-моему, мы с пациенткой неосознанно подыграли друг другу: она ждала, что я сейчас буду ее усыплять и приготовилась заснуть, а я действовал по ее сценарию. Так что еще вопрос, кто кого гипнотизировал.

Как в Библии, пациент предлагает своего рода сценарий, уверяя, что ждет определенного эффекта, врач соглашается сыграть отведенную роль, и эффект наступает. То есть имеется три хода: сценарий — проигрывание роли — эффект. Причем сценарий не должен допускать возможности неудачи, иначе виноват сам сценарист.

Не зря подчеркивается: «будет тебе по вере твоей». А когда критически настроенные требуют чуда, в которое они сами не верят, им отказывается. Ведь в этом случае сценарий негативный, значит, эффекта не будет. В медицинском гипнозе тоже не бывает эффекта, когда пациент считает себя негипнабельным или не верит в возможности гипнотизера — то есть настроен на неудачу.

Правда, врач, «загипнотизированный» собственной уверенностью в себе, или вжившийся в свою роль, может все-таки заразить «Фому неверующего» своей верой. Мой второй сеанс в диспансере произошел так.

К моему учителю пришли два студента-медика с просьбой показать им гипноз, причем один из них — высоченный «шкаф» весом в центнер, заявил, что не верит в гипноз, обладает большой силой воли и усыпить его никому не удастся. Я медленно подошел к нему, неотрывно глядя в глаза, хлопнул по лбу, да как заору: «СПАТЬ!» Хорошо, за ним кресло стояло. Он рухнул в него, с полки на него посыпались рулоны ватмана, но разбудил его только мой второй шлепок по лбу и слово: «Проснулся полностью!»

— Ну как спалось? т— спрашиваю я ехидно.

Он только крякнул.

Думаю, в этом случае сценарий, установка на гипноз у него тоже была, только в замаскированном виде. Иначе чего бы он пришел вообще? Не веришь, ну и не верь себе на здоровье. А раз хочешь попробовать, значит, допускаешь такую возможность. Видимо, я интуитивно раскусил его и «пробил» его нехитрую защиту.

Вообще-то внушить сон в гипнозе довольно легко. С этим студентом получился рауш-гипноз («рауш» по-немецки — опьянение, отключение), тут мгновенно достигается глубокий сон. Этот способ эффектно выглядит на сцене, да и время экономит. При лечении он бывает необходим при выраженном сопротивлении, когда человек и хочет «поддаться гипнозу», и боится чего-то. Этот страх и усиливается до шока при устрашающем, «отцовском» варианте гипноза.

А в самом первом своем сеансе я применил как бы материнскую форму гипноза: ласковый, интимный полушепот, убаюкивающие интонации. При этом я рассказывал об ощущениях, которые, как я видел, уже появились, и предупреждал о тех, которые сейчас появятся. Поскольку я описывал ощущения именно в той последовательности, которая бывает при засыпании, мой сценарий вполне соответствовал сценарию пациентки, так что наш дуэт слился в унисон.

 

СОН И СНОВИДЕНИЯ В ГИПНОЗЕ

В представлении людей гипноз настолько связался со сном, что на моих лекциях через 15—20 минут некоторые начинали храпеть, как будто от меня исходило что-то усыпляющее. Хотя по моим ощущениям1 об меня в это время можно было спички зажигать.

В 1813 году португальский аббат Ж.Фариа вывез из Индии способ, который применяли там факиры: он неожиданно оглушал гипнотизируемого ударом гонга у самого уха. А для усиления эффекта издавал вопль: «Дорме!» (Спите!). Английский хирург Брэд тоже пользовался индийским методом для обезболивания при операциях (эфира и хлороформа еще не изобрели). Только вместо воздействия на слух он утомлял блестящим предметом зрение больного. Как и Фариа, для верности Брэд добавлял словесное внушение сна. Причем роль сна считал такой важной, что назвал такое состояние «гипнозис», что по-гречески означает «сон».

Блестящий шарик на палочке — фиксатор — лежит у меня, как у всякого гипнотерапевта, в рабочем столе. На всякий случай. Обычно я использую в роли фиксатора собственный глаз. Главное при этом — не моргать хотя бы минут пять. Потренируйтесь пару недель, и вы так сможете. Дело нехитрое, а впечатляет.

До Брэда гипноз полвека называли «животным магнетизмом» под влиянием венского врача Франца Антона Месмера, практиковавшего тогда в Париже. Он первый объяснил чудесные исцеления не вмешательством божественных сил, а воздействием одного человека на другого, как он считал, посредством особой энергии, похожей на энергию магнита.

Первый экстрасенс, как и его современные последователи, перераспределял «флюиды», или, по-нынешнему, биотоки — нервную энергию в организме больного с помощью магнитной палочки. А потом и вовсе руками, благо эффект достигался и так. Даже на расстоянии «пассы» Месмера действовали безотказно, вот он и объявил себя источником «животного магнетизма».

Клиенты не давали магнетизеру прохода, пришлось «намагнитить» дерево во дворе, где он жил. Но этого оказалось мало, и тогда он поставил там громадный чан с железными опилками. Вот до тюбиков с кремом и газеты «Парижский комсомолец» со своим заряженным портретом он не додумался. Через двести лет Чумаку с москвичами повезло больше.

Кончил Месмер плохо. Нет, его не съели, как аборигены Кука, ради исцеления. Проста собрались классики из наших школьных учебников физики и химии, поэкспериментировали с больными и объявили на всю Европу, что лечебный эффект достигается безо всякого там магнетизма, достаточно внушения врача и воображения больного. Месмера, недолго думая, объявили шарлатаном и с позором изгнали из Парижа.

Зато теперь вместо одного Месмера мы маем Кашпировского, Чумака и Джуну, вместе взятых. А вместо классиков — наших народных академиков, которые чутко прислушиваются, о чем там на этот раз предупреждает родной Минздрав?..

 

Итак два механизма: сон и внушение. И обходиться одним внушением простому врачу трудновато. Приходится или делать вид, что тебя распирает какая-то неведомая сила, дико таращить глаза — словом, шаманить или уж усыплять, а потом давать более трудные внушения. Использовать то, что в состоянии гипнотического сна внушаемость повышается.

Вообще-то сон этот своеобразный. На электроэнцефалограмме кривая напоминает такую, какая бывает у спящего, когда он видит сон. Кстати, с человеком, который, судя по его активности, видит ночью сон, вы легко можете вступить в гипнотическую связь. Только не советую любителям чужих тайн делать это,, как бы вас ни мучила ревность. Летчики знают: самолет в воздух поднять нетрудно, а вот посадить... Как я не знал, что делать с загипнотизированной первой своей пациенткой.

Гипноз — это особое состояние, им непросто управлять: так и называют — «третье состояние сознания» в отличие от сна и бодрствования. О сне гипнотизер говорит для простоты, на самом деле на сон гипноз похож только внешне: закрыты глаза, неподвижно тело, притуплены реакции на внешние раздражители.

Зато предельно обострено непроизвольное, бессознательное внимание к словам гипнотизера. Они теперь составляют единственно значимую информацию из внешнего мира, остальная игнорируется. Это и нужно для повышения внушаемости.

В рауше можно, конечно, действовать в лоб: «Смотри только на меня, слушай только меня». Но легче сделать то же самое в мягкой форме: «Мой взгляд успокаивает, расслабляет, ваши глаза закрываются, посторонние звуки безразличны». Вот и отключаются мышцы глаз, всего тела, да и слух превращается в узкую щелку для меня одного. Так сновидение полностью заполняет всю психику спящего.

С одной стороны, сноподобное состояние используется для внушения, а с другой, внушение применяется для воздействия на ночной сон. Первый лечебный эффект, который удается достичь с помощью гипноза, ликвидация бессонницы. Нередко после первого же сеанса реализуется внушение «засыпать ночью так же легко и быстро, как сейчас».

 

А первым услышал речь загипнотизированного ученик Месмера граф де Пюи-сегюр. Произошло это, как и многие открытия, случайно. Любознательный и добрый граф безвозмездно лечил в своем поместье всех желающих. И вот однажды к нему привели пастуха по имени Виктор, у которого было воспаление, легких с высокой температурой и бредом.

По методу Месмера нужно было пассами довести больного до кризиса — истерического припадка с судорогами, криками, хохотом или рыданиями (похоже на изгнание беса, не правда ли?). Охваченных кризисом, буйствующих больных помощники Месмера переносили в «зал кризисов» — устланную коврами и перинами большую комнату, где больные приходили в себя нередко здоровыми.

Далее дадим слово одному из историков месмеризма. (см.Л.Л.Васильев. Сновидения, гипноз, автоматические движения в свете современного естествознания.—Л., 1984. С.22).

«Но вдруг он изумляется, более того, пугается. Молодой пастух, вместо того, чтобы ответить на магнетические пассы ожидавшимися от него подергиваниями, конвульсиями и судорогами, попросту обнаруживает усталость и мирно засыпает под его поглаживаниями. Так как такое поведение противоречит правилу, согласно которому магнетизер должен прежде всего вызвать конвульсии, а не сон, Пюи-сегюр пытается расшевелить увальня. Но тщетно! Пюисегюр кричит на него — тот не двигается. Он трясет его, но удивительное дело,  этот коренастый парень спит совершенно другим сном, ненормальным.

И внезапно, когдд он вновь отдает ему приказ встать, парень действительно встает и делает несколько шагов, но с закрытыми глазами. Несмотря на сомкнутые веки, он держится совершенно как наяву, как человек, вдадеющий всеми чувствами, и сон в то же время продолжается. Он среди бел.а дня впал в сомнамбулизм, начал бродить во сне. Смущенный Пюисегюр пытается говорить с ним, предлагает ему вопросы. И что же, крестьянский парень в своем состоянии сна отвечает вполне разумно и ясно на каждый вопрос.

Пюисегюр, взволнованный этим своеобразным явлением, повторяет опыт. И, действительно, ему удается вызвать такое состояние бодрствования во сне, такой сон наяву при помощи магнетических приемов не только у молодого пастуха, но и у целого пяда других лиц. Пюисегюр, охваченный в результате неожиданного открытия страстным возбуждением, с удвоенным усердием продолжает опыты. Он дает тац называемые после-гипнотические приказания, т.е. велит находящемуся во сне выполнить после пробуждения ряд определенных действий. И в самом деле, пациенты и по возвращении к ним нормального сознания выполняют то, что было им внушено в состоянии сна».

Как видите, Пю,исегюр открыл сно-говорение и снохождение в гипнозе, первый вступил в разговор с загипнотизированным сомнамбулрй, применил постгипнотическое внушение... А ведь был дилетантом без врачебного диплома. Впрочем, рано или поздно эти открытия сделали бы и профессионалы, не подвергая больных неоправданному риску.

Пациенты рассказывали мне, что после сеанса гипноза  уже дома, слышат мой убаюкивающий голос, ощущают себя лежащими на кушетке у меня в кабинете и испытывают те же приятные чувства покоя, расслабления, беззаботности, что и во время сеанса. Пр существу, это были внушенные постгипнотические галлюцинации с изменением ориентировки в пространстве. Включались они в оговоренное время, обычно в 11 часов вечеру. Я так часто назначал это время для засыпания, что у самого при любых обстоятельствах ровно в 11 начинают слипаться глаза, хоть часы проверяй: мои уши тоже слышат внушения гипнотизера... Зато и болезней никаких — в жизни не был на больничном!

Легко удаются и внушения на пробуж

дение; ведь управляемое просыпание тре

нируется на каждом сеансе. Многих я так

отучил опаздывать на работу или заня

тия. Внутренний будильник не прихлоп

нешь. Сам с того времени никуда не

опаздываю. Во СКОЛЬКО надо встать, во

столько и встаю. Будильника дома не

держим..

Гипнотический «будильник» орень хо

рошо помогал и детям с ночным недержа

нием мочи. Потренируешь несколько раз

связь между напряжением внизу живота,

и пробуждением — и нет проблем! А в

особенно упорных случаях я предлагал

перед сеансом заранее напиться <Що пуза»

и погружал в глубокую, сомнамбуличе

скую стадию гипноза, когда человек мо

жет ходить, не просыпаясь. I- агнетал

ощущение распирания в мочевсту пузыре

и одновременно внушал невозм ржность

мочиться, лежа в постели. Затем': пациент

в состоянии гипноза по моему указанию

вставал и шел в туалет, а я «по xqay дела»

внушал ему, что только так он, и будет

действовать теперь дома.    ;

Ночные сновидения тоже легко подда

ются внушению. Неприятные, йод впе

чатлением от которых потом все| валится

из рук, перестают беспокоить. Причем

суть в том, что сны по-прежнему могут

сниться, но уже не влияют на настроение.

А нормальное настроение перестает про

дуцировать тяжелые сны. Вот и иззорван

порочный круг.

После того как человек в гипнрзе раз-другой увидел внушенное снолйдение, нетрудно внушить ему, что и в$> время ночного сна ему приснится приятное, ободряющее, наполняющее его радостью и уверенностью в своих силах, сроем будущем. Сам факт внушения, ка^.и положено в глубоком гипнозе, забывался, и потом я слушал рассказ о необьшайном, грандиозном, вероятно, вещем сне и поддакивал ; Если веришь, все исполнится...

Вспоминаю одну впечатлительную молоденькую таксистку, которая попала в аваршЬ. После этого при виде встречного грузовика она бросала руль и в панике закрывала руками лицо. Ночью ее пре-следоваЛи кошмары. Вопрос стоял об увольнении, действовать надо было быстро. Выручили внушенные сновидения, я использЬвал их и во время сеансов, и во время нйчного сна.

В этих сновидениях девушка избегала столкновения, так как действовала уверенно й автоматически. Кончался недельный срок, который ей дали на работе. Пора било садиться за руль, но она все еще побаивалась. Пришлось рискнуть. Я загипнотизировал ее до сомнамбулической стадии, мы вышли на улицу и сели в машину. Знали бы бедные пешеходы... Да и мне cd спящим за рулем водителем было — сйми понимаете. Все обошлось, но второй р*аз я такой эксперимент не повторил бы.

Вообще гипнотизеру очень нужен, как говорят в цирке, кураж, полная уверенность, что фокус удастся. Ведь если я хоть чуть засомневаюсь в эффекте — сразу выдай себя голосом. Тогда у меня была слишком скромная статистика неудачных случаев ( и я не сомневался в удаче. Кстати, много ли пожилых гипнотизеров? То-то же.   »

О кураже. Один цирковой артист в полете с трапеции промахнулся, и партнер принял ;его не на запястья, как положено, а за пальцы, так что едва удержал. В довершение всего они поссорились, обвиняя друг друга. Номер распадался, а вместе с ним и перспектива гастролей. Конечно, существует лонжа, страховка, на которой повисай гимнаст в случае падения. Но это же позор болтаться на ней — как потом выводить на арену? Пришлось подстраховываться еще и психологически, причем дважды. Во-первых, пациент много раз удачно «прыгал» у меня на сеансах и в своих ночных сновидениях. Во-вторых^ я внушил ему полное доверие к партнеру и постарался в реальности исправить их взаимоотношения.

Такие случай пригодились мне потом в работе со спортсменами. Нередко им трудно отрешиться &I мыслей о возмож

ной неудаче, их охватывает предстарто

вая лихорадка, которая сковывает их ис

тинные возможности. Неудача в таком

случае неизбежна, а под ее впечатлением

и в другой раз вновь усиливается пред

стартовая лихорадка. В гипнотическом

же состоянии спортсмены забывали о сво

их страхах и действовали, как во сне, ав

томатически, показывая свой максималь

ный результат. За рубежом давно уже

практикуют такой способ, хотя это, ко

нечно, своеобразный допинг. Но раз им

можно, почему же нам нельзя?

 

ГИПНОЗ НА СЦЕНЕ

Двигательные внушения, пожалуй, вторые после внушбния сна по степени трудности. Если сон разливается по залу самопроизвольно, то двигательные внушения реализуются не у всех, хотя в массе, в толпе, как изЁестно, внушаемость повышается — люди индуцируют, «заражают» друг друга. Толпа становится гипнотизером для отдельного индивида, его мозгом и душой.

Я тоже «заражаю» своим примером, когда делаю двигательные внушения. Если говорю, что переплетенные пальцы рук невозможно разжать, показываю залу свои сомкнутые руки, напрягаюсь изо всех сил, это слышно и по голосу. На некоторых это действует так заразительно, что им приходится выходить ко мне на сцену, чтобы я помог им расцепить руки. Но к восторгу зала не спешу отпустить их, сцепляю руками в живую цепь, склеиваю друг с другом, затем расцепляю...

Те, у кого не получается самостоятельно разжать руки, фактически уже находятся в первой Стадии гипноза. У них легко вызываются и другие пробы на каталепсию (мышечное напряжение): они не могут согнуть выпрямленные пальцы («Пальцы, как гвоЗди!»), поднять руку («Рука, как плеть!»)» сделать шаг («Прилип к полу!»).

Мой взгляд «притягивает» или «толкает» их — только успевай подхватывать. Я слегка надавливаю на скулы, и они не могут открыть рот, только жалобно мычат. Дотрагиваюсь до век, и их глаза закрываются. Сажаю на стул, чуть нажимаю на плечи, провожу руками по коленям — и они застывают, не в силах встать.

На самом крепком из них я показываю каталептический мостик. С помощью двух зрителей укладываю его затылком на спинку одного стула, пятками — на спинку другого, сам держу руку под поясницей и после внушения («Спина окаменела, как у статуи!») убираю руку. Потом на него смело можно садиться, как на скамейку.

Пока зрители развлекаются с человеком-доской, я оживляю контакт с теми, кого усадил на сцене, — с самыми внушаемыми из тех, кто не смог сам разжать руки. Контакт («раппорт» по-французски) нужен для поддержания гипнотического сна, иначе он перейдет в обычный или закончится пробуждением.

После «мостика» начинаю работать с другими. Женщине складываю руки у груди, и она начинает укачивать ребенка. Мужчине делаю его рукой движение, как будто он забрасывает спиннинг, и вот он уже удит рыбу. Парню кладу руки «на руль», поднимаю одну ногу: «Поехали!» — и он крутит педали велосипеда все быстрее и быстрее...

Это все невербальные, бессловесные внушения, когда гипнотизируемые понимают меня с полунамека. В гипнозе ведь интуиция обнажена, свободна от своего обычного фильтра — рассудка, и восприятие к тому же обострено до предела. Это один из секретов необычной «догадливости» спящей ассистентки, когда ты обращаешься к ней с различными вопросами о том, что происходит в зале.

Обостренно угадываются в таком состоянии и запахи. Пора за давностью лет раскрыть один секрет. Вы видели телефильм «Жгучие тайны века»? Там есть эпизод, где ваш покорный слуга предлагает испытуемым нюхать пробирки с водой, и они испытывают обонятельные галлюцинации. Если вы обратили внимание, многие говорят о парфюмерных запахах.

Дело в том, что мы с авторами фильма обозначили пробирки римскими цифрами — I, И, III (хотя наполнены они были из одного водопроводного крана). А цифры наносили... губной помадой — ничего другого подходящего под рукой, к сожалению, не оказалось. Так что мы получили тогда не галлюцинации, а всего лишь иллюзии — наши испытуемые чутко улавливали запах помады, а дальше уже неосознанно включалось воображение. Правда, у некоторых мужчин почему-то на алкогольный лад.

Можно повысить в гипнозе и кожную чувствительность, внушить ожог. Несколько раз я накладывал кому-нибудь на сцене на тыл кисти монету, заклеивал ее пластырем и внушал, что монета раскаленная, обжигает. _ Потом несколько раз подходил, тер монету и шепотом «подливал масла в огонь», внушая жжение, зуд. Бедная жертва отдергивала руку, морщилась... Когда через полчаса— час я снимал пластырь, под монетой обычно оказывалось красное пятно, а то и пузырь. К сожалению, снять ожог до конца лекции я не успевал. Ломать — не строить. Так что опыты с монетой я прекратил.

Можно и, наоборот, притупить чувствительность, ведь не воспринимает загипнотизированный посторонние звуки, хоть из пушки над ухом стреляй — не вздрогнет даже. Это работает внушение, с которого начинается гипноз: «Посторонние звуки безразличны. Они доходят как сквозь вату. Только мой голос звучит для вас».

 

ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ ГАЛЛЮЦИНАЦИИ

Если загипнотизированный разговаривает с воображаемым человеком, он испытывает слуховые галлюцинации. Если, наоборот, не слышит реальных звуков, можно говорить об отрицательных галлюцинациях. Такие «антигаллюцинации» могут быть и зрительными.

Например, согласно внушению человек перестает видеть меня. Я превращаюсь для него в человека-невидимку. Он увертывается от моих толчков, когда я «звучу», но становится беспомощным, как слепец, если я умолкаю. Потом «слепой» с моей помощью прозревает (впрочем, все остальное он видел до этого).

Но тут я сообщаю ему, что он находится не на сцене, а на берегу озера, в полном одиночестве. После этого он и без дополнительного внушения перестает воспринимать реальную обстановку, хотя ни на что не натыкается: все сигналы действительности продолжают доходить до его бессознательной сферы, но просто он реагирует на них в соответствии с моими внушениями, которые заменяют ему в гипнозе собственный разум.

Впрочем, чтобы искупаться, раздевается он лишь до трусов, в ответ на мое предложение «снимает» чисто символически. Вот как бдит наша мораль: даже в бессознательной сфере имеет свое полномочное представительство. Так что, если услышите жуткую историю, что гипнотизер в своем кабинете изнасиловал спящую пациентку, считайте это фантазией. Насильно мил не будешь и в гипнозе. А гипнотизер, если сомневается в какой-нибудь сексуально озабоченной фантазерке, приглашает на сеанс кого-то третьего в качестве свидетеля.

Возможность гипнотизера злоупотребить своей властью волнует публику больше всего. Один из самых частых вопросов на лекциях: состою ли я на особом учете. Как же, ведь при желании могу и банк ограбить!

Вообще-то основания для таких опасений есть. Сам я пока что без этого обхожусь, но вот случай, произошедший в 1987 г. в Австрии, в городе Клагенфурте. Средь бела дня в тот момент, когда в одном из городских банков было мало клиентов, две симпатичные молодые девушки подошли к кассе и загипнотизировали кассира. Заставили его выдать все наличные деньги, находившиеся в то время в сейфе, — свыше 100 тысяч шиллингов. Забрав деньги, грабительнцы скрылись.

Пропажа обнаружилась через несколько часов, когда контролер стал проверять кассу. На его вопросы о нехватке такой огромной суммы кассир отвечал что-то нечленораздельное. Так же он реагировал и на вопросы прибывшей вскоре полиции. Пришлось вызвать врача, который обнаружил, что кассир все еще находится под воздействием гипноза.

Обеспокоенных кассиров банка взялся успокоить 35-летний житель соседнего города Граца некий Ральф Бертино. Он предложил обучить их методам скоростного гипноза. Представьте: грабитель в маске наставляет на кассира пистолет и требует денег. Кассир мгновенно его усыпляет, гангстер падает на пол и просыпается уже в полиции. «Чемпион мира по скоростному гипнозу», как окрестили Бертино местные газеты, широко разрекламировал свой метод, однако желающих записаться на курсы почти не оказалось. Не дай Бог, гангстер окажется невосприимчив к гипнозу, засомневались скептики, и вместо мирного храпа откроет пальбу!

 

ОПЕРАЦИЯ ПОД ГИПНОЗОМ

Вот образец кожной отрицательной галлюцинации. Если потереть спящему кожу на- тыльной стороне кисти и внушить, что его руку стягивает толстая кожаная перчатка, потом можно щипать его, колоть «через перчатку», чувствуется только прикосновение, но не боль. Он не морщится, даже если кожу проколоть насквозь: не своя ведь, «перчаткина». Еще демонстративнее этот опыт получается, если длинной иглой проколоть насквозь обе щеки. Крови при этом не выступает ни капли, ее ведь легко «заговорить».

Я уже упоминал о гипнотической анальгезии (обезболивании) в хирургии старого времени, когда не было еще наркоза. Сейчас тоже иногда приходится прибегать к такому методу, когда больной не переносит лекарственный наркоз. Мне разок пришлось поучаствовать в операции в качестве живого наркозного аппарата.

Моей подопечной предстояло кесарево сечение, а она не переносила новокаина и прочих местнообезболивающих. Общий наркоз дать было нельзя (из-за ребенка). Может, с непривычки, но мне легче было, когда у самого аппендицит вырезали. А она спала себе и все.

Я внушил ей сноговорение для сохранения раппорта (обратной связи), она отвечала на мои вопросы, что ее ничего не беспокоит. Мне было важно знать, не беспокоила ли пациентку боль, или она ее все же ощущала? Через несколько дней после операции я усыпил ее, внушил, что она вновь находится в операционной, может осознать все свои ощущения и рассказать мне о них.

Оказалось, что к концу операции пациентка несколько раз ощущала жжение в области операционного разреза кожи как от пореза перочинным ножом (к сожалению, я забыл о краях операционного поля). А в остальном у нее было чувство, как будто все происходит не с ней, а с другим человеком, она лишь присутствует при этом, как и было внушено. То есть она не осознавала неприятных ощущений, и они не были для нее болезненными. Оставшись без ее внимания, они не были и сильными.

Вы спросите, почему ее пришлось вновь усыпить, чтобы узнать о переживаниях во время операции. Да потому, что после операции она ничего не помнила из того, что происходило в операционной. Заснула в палате беременная, а проснулась «без живота». Ведь после глубокого гипноза обычно наступает самопроизвольная амнезия.

То же происходит и с ночными сновидениями. Некоторые люди думают, что они не видят сновидений. Видят, конечно, без этого мозг не может — это его ночная форма работы. Но поскольку эти люди очень крепко спят, наутро они ничего не помнят.

 

ГИПНОЗ ПОСЛЕ ГИПНОЗА

Можно сделать еще один фокус с памятью в гипнозе. После сеанса человек не подозревает, что в него вложена определенная программа и хранится она в бессознательной памяти, чтобы целее была, не то еще он своим рассудком ее разрушит. Проходит указанный срок ( а часовой механизм тикает, тикает), и вдруг программа включается. Здрасьте, а я тут!

На лекциях по гипнозу я внушал оставшемуся из работавших на сцене, что после пробуждения он сядет в зале и ничего не будет помнить из того, что было как будто на сцене и не был. А через пять минут он обернется назад и увидит девушку, в которую влюбится с первого взгляда так, что глаз не сможет отвести.

Потом я отвечал на вопросы, но к концу четвертой минуты меня уже плохо слушали, незаметно косились на бедную «жертву». Пожалуй, он единственный внимательно слушал меня, потом начинал ерзать, недоуменно мотал головой и ровно на пятой минуте оборачивался назад. Еще немного, и он расплывался в счастливой улыбке. На хохот зала не реагировал — опять был в гипнозе. Это закот номерно: когда реализуется отставленное, постгипнотическое внушение, человек вновь впадает в гипноз и выходит из него, только выполнив внушенное.

Сейчас у алкоголиков стало модно «кодироваться». Слово вполне современное, да еще импортное, отдающее научно-техническим. О механизме кодирования вы, вероятно, уже догадываетесь. Вот смотрите, я даю загипнотизированному на сцене стакан с водой и внушаю, что это водка. Он нюхает воду и с довольным видом пытается отпить глоток, но тут я кричу: «Водка— яд! Она горькая, прог тивная, обжигает! Ее невозможно пить, от нее тошнит!» Несчастный выплевывает свой глоток и хватает ртом воздух, его мутит. Остается добавить, что так теперь будет целый год.

Так же за несколько минут можно отучить от курения. Память надежно сохраняет внушения на долгий срок и четко включает их в соответствующей обстановке. Конечно, очень важно, чтобы человек и сам хотел избавиться от вредной привычки.

Бессознательная память, как и все бессознательные функции, легко доступна гипнозу. Можно не только вмонтировать в нее постгипнотическое внушение, но и выудить из нее забытые впечатления, вплоть до самых ранних, Вот, например, как это помогло превращению одной моей пациентки в полноценную женщину и сохранения семьи.

 

ГИПНОЗ И ОРГАЗМ

Света (назовем ее так), выглядела очень подавленной и растерянной, когда обратилась ко мне за помощью. Она собиралась разводиться с мужем, так как ио пытывада к нему сексуальное, отвращение. В то же время у нее сохранялась эмоциональная привязанность к мужу, которая удерживала ее от подачи заявления о разводе. Гипноз был для нее последней надеждой. Она просила меня внушить ей влечение к мужу или хотя бы терпимое отношение к близости с ним.

Из беседы со Светой выяснилось, что она страдает аноргазмией, т.е. ее сексуальное возбуждение воч время полового акта не;завершается разрядкой — оргазмом. ПЙэтому физическая близость лишь раздразнивает ее, оставляя неудовлетворенной h раздраженной. Это раздражение и направляется потом против мужа. В последнее; время оно стало «включаться» заранее, ^ак только наступает время ложиться, b постель, предвосхищая события и как 6Ш оберегая ее от неприятных ощущений, но в то же время обостряя супру-жескийзконфликт.

АноЙгазмия— вещь нередкая. По данным опросов, из трех 25-летних женщин две ншфгда не испытывают оргазм, хотя и скрыййют это от мужчин и даже друг от друга, йЬк мужчина скрывал бы свою импотенцию. Не буду вдаваться здесь в анализ это р явления, скажу только, что чаще всег1 i оно является результатом нашего бесполого воспитания.

Во всяком случае, история Светы еще раз подтвердила это. Вначале она отрицала, что! испытывала когда-либо оргазм, даже в$ время мастурбации (самоудовлетворения), отрицала и само занятие мастурбацией.

Не ^наю даже, как бы смог ей помочь, ёЬли бы не гипноз. Во время сеансах внушенным сноговорением я «перенес» ее А возраст 12 лет. Света чувствовала серя лежащей в своей детской постели * здеред сном, испытывающей половое ^Ьзбуждение. Прошло несколько минут, как вдруг она свела ноги, зашевелилась, покраснела, тяжело задышала, ста^а постанывать. На мой вопрос, что происходит, Света затаила дыхание, пером стала посапывать, как ребенок, претворяющийся спящим. Дальше последовал следующий диалог.

—        Я — Геннадий Владимирович, твой

врач. Ты доверяешь мне и можешь рас

сказать все. Тебе сейчас 12 лет, ты ле

жишь в своей постели и испытываешь ка

кие-то сильные чувства. Что это за чувст

ва?

—        Я испугалась rfany.

—        А перед этим?

—        Было очень приятно и стыдно.

—        Ты можешь рассказать мне все, это

поможет тебе

И спящая Света качала рассказывать. Оказалось, что она в этом возрасте мастурбировала, зажав между ног скрученное в трубку одеяло1» и очень испугалась, когда в момент оргазма ее застал «на месте преступления» of ец. Сильные чувства страха и стыда не только «сломали ей кайф», но и надолго отвратили от этого невинного и даже полезного для сексуального развития зайятия. Информация о пережитой детской психотравме хранилась лишь в ее бессознательной памяти — видимо, так глубоко «спряталась» от испуга, «утащив» туда с собой весь механизм достижения оргазма.

И, действительно, во время предварительных ласк Света отводила руку мужа, когда он «заходил слишком далеко»,, нб участвовала активно в самом сношении — откуда же было возникнуть оргазму? Но имевшийся детский опыт, давал надежду. Надо было только отделить пережитый тогда оргазм от «тормозов» -  стыда и страха. Как говорится, котлеты отдельно, мухи отдельно. Как выяснилось, Света после прочтения романа «Мастер и Маргарита» М.Булгакова в 13—14 лет часто видела одно и то же сновидение. Оно было как бы ожившим эпизодом из романа.

«Маргарита наклонила щетку щетиной вперед, так что хвост ее поднялся кверху, и, очень замедлив ход, пошла к самой земле. И это скольжение, как на воздушных салазка^, вниз принесло ей наибольшее наслаждение. Земля подняв лась к ней, и в бесформенной до этого черной гуще ее обозначились ее тайны и прелести во время лунной ночи. Земля шла к ней, и Маргариту уже обдавало запахом зеленеющих Лесов. Маргарита летела над самыми туманами росистого луга, потом над прудом. Под Маргаритой хором пели лягушки, и где-то вдали, почему-то очень волнуя сердце, шумел поезд. Маргарита вскоре увидела его. Он полз медленно, как гусеница, сыпя в воздух искры. Обогнав его, Маргарита прошла еще над одним водным зеркалом, в котором проплыла под ногами вторая луна, еще более снизилась и пошла, чуть-чуть не задевая ногами верхушки громадных сосен.

Тяжкий шум вспарываемого воздуха послышался сзади и стал настигать Маргариту. Постепенно к этому шуму чего-то летящего, как снаряд, присоединился слышный на много верст женский хохот. Маргарита обернулась...» (М.Булгаков. Пьесы, Романы. — М., Правда, 1991).

Видимо, в сновидениях половая щетка Маргариты заменяла спящей Свете свернутое одеяло, точнее, мужской половой член, а окончание эпизода ассоциировалось с пережитым испугом. Когда воспроизвелось это ее сновидение в гипнозе, Света вновь пережила пьянящее ощущение полета, напряжение, сладкое предчувствие внизу живота, горячую наполненность между ног и вдруг — пустоту, холод, страх...

На этом гипноанализ можно было считать завершенным. Началось собственно лечение. Оно состояло из трех этапов. Вначале я во время сеанса оставил Свету наедине со свернутым одеялом, внушив ей, что ей снова 12 лет и никто не помешает ей полностью насладиться оргазмом. Так в гипнозе Света вновь испытала чувство, которого, как ей казалось наяву, она была лишена.

Затем Света испытала оргазм во время ночного сна, предварительно положив между ногами свернутое одеяло. Снилась ей на этот раз не Маргарита, а ее детская «любовь с одеялом», оживленная в гипнозе. В соответствии с внушением на этот раз Света вспомнила утром свой сон и пришла на сеанс радостно возбужденная, в глазах ее светилась надежда, голос стал более грудным, уверенным.

С этого сеанса Света ушла с внушением, что испытает влечение к мужу: «Близость обнаженного мужского тела тебе приятна... Ты ложишься на его ногу, зажимаешь ее своими бедрами, как в детстве одеяло... Мужская нога волнует тебя еще больше, чем свернутое одеяло...» Ну и так далее. Доводить читателя до оргазма не входит в мою задачу.

Есть такая техника секса на боку, когда мужчина, введя член во влагалище, к тому же просовывает свою ногу между ног партнерши. Это и было то положение, в котором Светлана впервые испытала полноту счастья с мужем.

 

«ДОКТОР, МНЕ НУЖНО РАЗВЛЮБИТЬСЯ!»

Таких «заказов» было множество. Чаще заказчицами были молодые женщины, страдающие от неразделенной любви, измены, разочарования в человеке, который, как назло, почему-то начинал вызывать еще большее сексуальное влечение. Думаю, по механизму — «запретный плод слаще». А запрет создавался ситуацией или собственным сознательным отношением. Бессознательное влечение от любовного запрета лишь усиливалось, такое уж оно строптивое. И слава Богу, а то бы все давно затюканные ходили.

Конечно, я не спешил вмешиваться в сердечные дела. Опыт научил: днем поссорились, ночью помирились. Но если ссора затягивалась, моя пациентка все болезненнее переживала невозможность справиться с мешающим чувством привязанности, готова была бежать куда угодно от этого неразрешимого внутреннего конфликта.

Эля уже нашла себе другого, очень хорошего человека, и матери он нравился, не то что этот слабак и пьянчужка Коля. Но вот загадка: чем больше они с мамой ругали несчастного Колю, тем больше ей становилось его жалко, такого милого, родненького — как он там без нее? Нежное сердце Эли не выдерживало, она забывала все на свете и мчалась к своему Коленьке. А свадьба с хорошим человеком в очередной раз откладывалась.

Насчет дразнящей силы запрета Эля «врубилась» сразу. Больше она ни с мамой, ни со мной, ни наедине с собой слова худого о Коле не сказала, не разрешала и маме о нем вспоминать. Стало, как я и ожидал, полегче. Но через неделя пришла сама не своя: опять сорвалась, это сильнее меня, как проклятие какое!

Гипноз малоподходящая вещь для то-:, чтобы внушать уверенность в своих .iiax, ведь одновременно он усиливает внушаемость, податливость к воле другого человека. Была у меня пациентка, которая дошла до того, что ходила за мной по пятам и вопрошала, о чем ей теперь думать. Но в экстренных случаях не до того. Реальную уверенность можно наработать потом, в специальном тренинге. Он так и называется — тренинг уверенности. Однако на него у нас ушло бы несколько недель, а Элин жених уже нервничал, у мамы поднялось давление, сама Эля была на грани нервного срыва...

Укрепил я Элину уверенность в своем самоконтроле с помощью внушения: «Я спокойна, я уверена, я легко владею собой. Мне легко поступать так, как подсказывает разум. Легко выполнять принятое решение». Вмешиваться в ее чувства я все еще избегал.

А чувство к Коле сопротивлялось все хитрее. Теперь Эля не встречалась с Колей, но стала вдруг сравнивать с ним своего жениха и обнаруживать в нем всякие недостатки. Коля, мол, был мягче, нежнее, ласковее. С Колей было интереснее, он такой выдумщик, такой артист, с ним всегда весело... Когда Эля заявила, что из-за какого-то пустяка поссорилась со своим женихом и так теперь зла на себя, что «убить готова», я понял: все, сама она переключиться не сможет, ее собственные силы исчерпаны.

В довольно глубоком гипнозе, чтобы усыпить сопротивление сохраняющегося бессознательного влечения к Коле, я внушил ей более пылкое чувство к жениху, связав его с теми его достоинствами, которые привлекали Элю: надежность, серьезность, порядочность. Для этого я вернул Элю в детство, и она восприняла отношение жениха к себе как отеческое, сама испытала к нему более теплое, родственное чувство. Я внушил ей, что она сохранит это чувство до следующего сеанса.

Так и произошло. Их отношения восстановились. Но... одновременно усилилось влечение к Николаю. Стало ясно, что намечающаяся свадьба и есть самый главный запрет.

Только после того как я вывел Элю из неразрешимого для нее выбора «Коля или жених?» и разрешил вместо этого другую игру — «и Коля, и жених», даже сама такая игра не понадобилась. Коля даже являться ей в сновидениях перестал. И не испытывала она больше к нему противоречивых чувств, только легкую грусть: было что-то полное, а стало пустым...

Что ж, известно, оборотная сторона любви не ненависть, а безразличие.

 

ГИПНОЗ УМЕР

Полумрак... Спящие люди, врач чтото внушает. Опять гипноз? Нет, аутотренинг. Сокращенно. В чем же разница?

В гипнозе было: «Ваши веки усталые, тяжелые, закрываются, слипаются... Мысли ленивые, безразличные, путаются, обрываются... Все исчезает, только мой голос остается...» Атака на бессознательное идет «в лоб» — оно совершенно «в открытую» подчиняется воле гипнотизера. Такое возможно при неверии гипнотизируемого в собственную силу и идеализации гипнотизера. Последнему остается лишь поддерживать этот миф.

А в аутотренинге: «Я успокаиваюсь и сосредоточиваюсь на своей правой кисти. Она лежит свободно и расслабленно. Голова ясная, все внимание — на правой кисти. Она расслабляется полностью». Никаких прямых приказов. Подразумевается, что человек по собственному желанию может управлять своим бессознательным, достаточно лишь подсказывать ему нужные формулы самовнушения.

Начался, можно сказать, третий акт старой как мир игры: одержимый и шаман, истеричка и гипнотизер, наконец, невротик и психотерапевт, «обучающий» AT. От психотерапевта не требуется умения смотреть пронизывающим взглядом, изображая нечто сверхчеловеческое. Наоборот, демонстрируется рациональность, эрудиция. В моде наука, приходится перестраиваться.

Аутогенную тренировку разработал и ввел в широкую медицинскую практику в 30-х годах текущего столетия немецкий психотерапевт Иоганн Шульц, занимавшийся до этого гипнозом и увлекавшийся йогой. Возможность лечиться самостоятельно, независимо от врачей, быстро завоевала мир. В конце 60-х, когда я начинал свою практику, AT уже успешно конкурировал с гипнозом и у нас.

Аутотренингом в обязательном порядке занимались в клиниках и отделениях неврозов, которые в это время появлялись, как грибы после дождя. В подмосковной больнице, куда я перебрался с Урала, организовал такое отделение. AT стал важным подспорьем для спортсменов, да что там — владеть навыками AT становилось просто признаком интеллигентности!

Мы с завистью вздыхали, что вот, мол, в Японии AT уже входит в школьную программу, в ГДР можно было свободно купить в магазине руководство по самоподготовке с грампластинкой, а у нас... Достал я такую книжку, начал заниматься по ней. Оказалось совсем легко. Наверное, опыт гипнотерапии помог.

 

ВИЖУ ЧУЖОЙ РУКОЙ!

В фильме «Жгучие тайны века» зрители прячут от меня мои часы. Одна зрительница затем становится моим поводырем. Причем ведет меня не она, а я ее, держа за руку.

Я прошу зал не отвлекать меня шумом и вслушиваюсь, вчувствуюсь в руку девушки. Дрожит, напряженная, чужая. Ладно, там разберемся. Пошли, быстрее, еще быстрее, как по следу. Стоп, — проскочили, — какая-то скучная стала рука, безразличная. Пошли назад, ага, повеселела! Опять проскочили, где-то тут. Вперед-назад, вперед-назад... Точно, в этом ряду. Теперь куда: вправо от прохода или влево? Вправо — холодно. Влево — теплее. Проверим еще разок: точно, влево.

Идем вдоль ряда, я бегу, тащу своего поводыря или, если хотите, свои «глаза», за собой. Ряд кончился, опять мы около этого парня... Или это его соседка? Нука, вот он, парень. Вожу рукой своей проводницы, как локатором:: на уровне его груди явно есть что-то интересное. Как насчет нагрудного кармана? Такового не имеется. Что ж, придется лезть за пазуху, «руке» нравится, парню тоже; слышу зал зашумел — вот они, мои часики! Ух-х... Весь взмок. А они еще с вопросами, любознательные!

Как можно видеть чужой рукой? «А вы кошелек дома не забыли?» — спрашиваю зрителей. Ага, похлопали себя по карманам, пощупали сумочки. Между прочим, так карманники и узнают, где у вас деньги лежат. Ваши же руки невольно вас и выдают. Так и рука моей проводницы, знавшей, где спрятаны часы, непроизвольно реагировала на приближение к ним или удаление. Далеко — расслабилась, ближе — напряглась.

Такая связь мыслей (идей) с напряжением, движением мышц (моторикой) называется идеомоторикой. А микродвижения мышц может уловить не только детектор лжи, но и человек в состоянии повышенной чувствительности, сосредоточившийся в самогипнозе.

Вообще-то мои беседы с пациентами, как и этот киноролик, тоже можно иногда увидеть по телевизору, но в каком-то таком скучном контексте, что самому хочется переключить на другую программу. Вот на Западе давно уже есть наборы самых разнообразных учебных видеопрограмм, в том числе по психотерапии. У нас только еще начинают выпускать.

 

ОСТОРОЖНО, САМОГИПНОЗ!

Обратимся к нашумевшей статье Л.Загальского «Помоги себе сам» в «Литературной газете» (9.09.1987 г.): «Люди вызывали у себя сон и управляли его длительностью... Снимали с себя усталость, .головную боль, поднимали настроение... Они могли только лишь усилием воли обезболить любой участок тела... Один из пациентов доктора Алиева заставил подняться ртутный столбик термометра до отметки в сорок один градус». Знакомо, не правда ли? Эффект самовнушения, известный еще французским академикам, раскрывшим секреты врачевания Месмера.

В чем же новизна метода? Цитирую:

«Врач-психотерапевт объясняет пациенту, что после одного-двух пятнадцатиминутных занятий он сможет управлять уровнем своей внушаемости (замените «объясняет» на «внушает». — F.C.). Обучаемого просят встать прямо, голову слегка откинуть назад, смотреть прямо перед собой, чуть выше уровня глаз, в одну точку, без напряжения, словно в пустоту (фиксация без фиксатора? — Г.С.). Затем в ход идут испытанные приемы внушения, и мозг погружается в удивительно приятное состояние полубодрствования-полусна. Хочу сразу заметить — ничего общего с обычным гипнозом (? — Г.С.). Именно в этом особенном состоянии навсегда в памяти останется фраза врача: «Всякий раз в любой обстановке, в положении сидя, стоя или лежа, при шуме и без шума, если вы мысленно сосчитаете от одного до пяти, обязательно войдете в режим саморегуляции (постгипнотическое внушение! —Г.С.)». Это и есть ключ к самому себе... «Ключ» — как бы выключатель, кнопка, нажав которую можно привести в действие уже выработанную рефлекторную цепочку. Достаточно, глядя в одну точку, сосчитать до пяти, как автоматически реализуется любое желание. Расслабиться — пожалуйста! Сосредоточиться — ради бога! Удивительные возможности»...

Но и в статье Л.Загальского нечто приоткрывается: Алиев маскирует свое гипнотическое внушение наяву как подготовку к обучению. В конце автор спрашивает у доктора, есть ли у него ключ для себя самого. Доктор честно отвечает: «Нет, и вовсе не потому, что сапожник всегда без сапог. «Ключ» дается только через вызываемое извне (выделено мною. —'Т.О особенное состояние организма. Сам человек одним пониманием механизма вызвать это состояние не может. Мне тоже нужен на первый раз тренер».

Почему бы не сказать — гипнотизер? Статью заключает комментарий профессора Ю.Александровского:

«Возможности внушения и самовнушения известны не одно столетие и достаточно широко используются с лечебной целью в практике психотерапии, а в ряде случаев на эстраде и в цирке. Изучению нейрофизиологических механизмов этих явлений посвящено множество серьезных научных исследований. С этих позиций метод доктора Х.М.Алиева не является открытием нового явления в познании механизмов психической деятельности. По существу, им предложен новый метод саморегуляции, различные варианты которого используются в медицинской практике. Его применение для лечения больных с невротическими расстройствами, впрочем, как и применение всех других лечебных методов, требует обоснованных показаний и противопоказаний. «Унифицированное» же применение «ключа» всем принципиально неправомерно».

Да и сам Л.Загальский справедливо волнуется: не может ли «ключ» в неумелых руках навредить? «Нет,— успокаивает Х.Алиев, — его невозможно употребить во вред себе и окружающим. Едва разум начинает входить в разногласие с поданной командой, включается система торможения, «ключ» поворачивается в замке». А как же тогда насчет того, чтобы сосчитать до пяти — и автоматически любое желание?

К сожалению, ответ на этот вопрос мы не услышали. Вот такие «ключики-замо-чики»...

 

САМОГИПНОЗ НА — СОБСТВЕННОЙ ШКУРЕ

Дело было так. На даче, во время летнего отпуска, у меня разболелся зуб. Обычно я в таких случаях сразу иду к зубному врачу, а тут решил отложить до окончания отпуска. Приложил к распухшей десне печеный лук, пожевал сосновой смолки, ночь прожил. Утром повторил, но уже без эффекта. Пришлось заговаривать себе зубы. Заговорил и забыл про болезнь.

Через несколько дней над зубом вскрылся гнойничок. Хорошо, отпуск кончался, выхожу на работу, сразу иду на рентген. Оказалось, в верхней части челюсти гнойная полость над больным зубом и уже над двумя соседними. Остеомиелит. Доигрался...

Казалось бы, хороший урок: боль — это сигнал, нельзя его глушить. Но почему-то спотыкаешься на одном и том же месте...

Стоматолог долго мучилась со мной, вылечила остеомиелит и даже сохранила зуб, хотя и пришлось, разумеется, удалить разложившийся нерв. Между прочим, нервы мне удалять — я даже не дергаюсь. «Автоматом» срабатывает настрой: нерв кажется ниткой, продетой в зуб-бусинку. Чувствую, как «нитку» пронзают, накручивают, тянут, но я-то тут причем? Я не я, и нитка не моя. Тут «ключик», может, и помогает мне. Но вот что получилось на этот раз.

Настала пора пломбировать зуб. Врач заталкивает в него приготовленную пасту и удивляется: «Вам не больно, Геннадий Владимирович?» Я улыбаюсь блаженно, слушая щебет птичек за окном: «Не-а...». Вдруг моя Елена Николаевна всполошилась. Оказывается, пломбировочный материал уже из отверстия в десне полез — этого только моему остеомиелиту не хватало, инородное тело в полости! «Это же дикая боль должна быть, зачем Вы терпели, я же Вас спрашивала!» — сокрушается Елена Николаевна. И тут ее осеняет: «Ой, Вы же психотерапевт, как я могла забыть об этом!»

О последующем вспоминать неохота, но вывод — вот он. Как сказал поэт: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется». Так что, если кто-то собирается Овладеть навыками AT для того, чтобы заняться самоврачеванием, пусть моя история будет предостережением.

 

ЧТО МОГУТ ЙОГИ

Шульц создал свою аутогенную тренировку на основе системы йогов. Чтобы стать учеником йога, мальчик должен сдать вступительный экзамен. В холодную зимнюю ночь его сажают на берегу реки, раздевают, мочат в студеной воде простыню и окутывают голого. Он должен внушать себе, что ему жарко, пока простыня на нем не высохнет. И так три раза. Справится до утра — готов к настоящему обучению.

Через несколько лет учебы йог уже умеет урежать частоту сердцебиения почти до полного исчезновения пульса, уменьшать температуру тела. Дыхание при этом становится практически неопределимым, все функции организма понижаются до уровня, свойственного животному в состоянии зимней спячки. Таким он может быть зарыт в землю заживо на несколько недель.

Француз Куду — «гуттаперчивый человек», чемпион мира по йоге — демонстрировал такой фокус: складывается в три погибели и втискивается в прозрачный кубик со сторонами 50 см. А это длина самой длинной — бедренной кости, которую даже йоги складывать не могут. Затем кубик герметизируют и погружают на дно бассейна с водой. Там йог проводит несколько часов практически без воздуха — за счет особого йоговского дыхания, попросту говоря, почти не дыша.

Другой йог, по фамилии Шварц, в присутствии группы исследователей ввел в левую руку иглу, проткнув кожу, бицепс и вену, а затем по команде остановил в течение трех секунд вызванное проколом кровотечение. В ходе другого опыта он сунул руки в горящий камин и перемешивал ими раскаленные угли, после чего у него не было обнаружено никаких повреждений кожи. Помните опыты с «раскаленной» монетой в гипнозе? Ну а здесь — самовнушенный «ожог наоборот», разновидность отрицательной галлюцинации. Кожа как бы не замечает огня, ожоговая реакция не запускается. Не зря патофизиологи говорят, что все болезни «организуют» нервы.

Все эти и другие фокусы с телом — низшая школа йоги, хатха-йога. Это лишь подступ к раджа-йоге, т.е. царской йоге, которая вторгается в сферу духа. Вот образец медитации, диалога со своим подсознанием из книги Г.Гессе «Игра в бисер» (Избр. — М., 1984).

«Пока Кнехт бесцельно отдавался наплыву образов, которые, будучи сродни сновидениям, приходят в состояние первой разрядки, из их потока выделились и задержались прежде всего две идеи, два образа или символа, два иносказания. В одном Кнехт, мальчик, следовал по разным проходам за мастером, который, как проводник, шагал впереди и, когда оборачивался и показывал свое лицо, делался с каждым разом старше, тише, почтенней, заметно приближаясь к идеалу не связанных ни с каким временем мудрости и достоинства, а он, Иозеф Кнехт, самозабвенно и послушно шагал за своим идеалом, но оставался все тем же мальчиком, отчего испытывал то стыд, то вдруг какую-то радость, чуть ли даже не какое-то упрямое удовлетворение.

А вот второй образ был такой: все время, бесконечное число раз, повторялась сцена в комнате с пианино, сцена прихода старика к мальчику, мастер и мальчик следовали друг за другом так, словно их тянула проволока какого-то механизма, и вскоре нельзя было уже разобрать, кто приходит и кто уходит, кто ведет и кто следует, старик или мальчик. То казалось, что это мальчик оказывает честь, повинуется старости, авторитету, степенности; то, наоборот, летевшее впереди воплощение молодости, начала, бодрости как бы обязывало старика покорно и восхищенно спешить за ним. И когда он следил за этим пригрезившимся ему бессмысленно-осмысленным круговоротом, в его собственном ощущении он, грезивший, отождествлялся то со стариком, то с мальчиком, был то почитателем, то тем, кого чтили, то ведущим, то ведомым, и среди этого неясного чередования наступил миг, когда он был обоими, сразу и мастером, и маленьким учеником, когда он скорее даже стоял над обоими, был зачинщиком, создателем, рулевым и зрителем этого коловращения, этого ничем не кончающегося состязания старости и молодости в беге по кругу, беге, который он, по-разному видя себя, то замедлял, то ускорял до предела.

А из этой стадии возникла новая идея, скорее уже символ, чем греза, скорее уже вывод, чем образ, а именно идея или, скорее, вывод, что это осмысленно-бессмысленное коловращение учителя и ученика, это искательное отношение мудрости к молодости, а молодости к мудрости, эта бесконечная, захватывающая игра была символом Кастилии, была игрой  жизни  вообще,  которая,  двоясь, разделяясь на старость и молодость, на день и ночь, на Янь и Инь, течет без конца. В этой точке медитации Кнехт и нашел затем путь из мира образов в мир покоя и после долгого погружения в себя вернулся взбодренным и просветленным».

 

ЖРЕБИЙ ЦЕЗАРЯ

Вожди и фюреры, последние земные боги, неужели вам пришел конец? Видимо, так, раз мы уже понимаем, что Бог внутри нас. Теперь бы научиться пользоваться собственной волей!

Однако недавно на одном групповом занятии я увидел, как это непросто. Группе надо было выбрать: сыграть на красное или черное — от этого многое зависело. По условиям задачи, если чуть-чуть вдуматься в них, было видно: играть надо только на черное. Но голоса разделились. Несколько человек доказывали, что лучше черное, другие ратовали за красное. Большинство же молча колебалось, как сонное болото. Проголосовали — пусть, мол, большинство будет гласом Божиим, но не получилось переложить ответственность: голоса разделились поровну. И тогда участники игры (в основном студенты различных вузов) решили бросить жребий: орел — черное, решка — красное. Выпала решка, поставили на красное и проиграли.

Но разве Цезарь, сказав: «Жребий брошен!», доверился монетке? Античный историк Светоний (Историки античности — М., 1983. — Т.2) пишет:

«Здесь он помедлил и, раздумывая, на какой шаг он отваживается, сказал, обратившись к спутникам: «Еще не поздно вернуться; но стоит перейти этот мостик, и все будет решать оружие». Он еще колебался, как вдруг ему явилось такое видение. Внезапно поблизости показался неведомый человек дивного роста и красоты: он сидел и играл на свирели. На эти звуки сбежались не только пастухи, но и многие воины со своих постов, среди них были и трубачи. И вот у одного из них этот человек вдруг вырвал трубу, бросился в реку и, оглушительно протрубив боевой сигнал, поплыл к противоположному берегу». Эта галлюцинация — воплотившаяся уверенность в правильности выбора — и стала счастливым жребием основоположника великой Римской империи, он перешел Рубикон.

По воспоминаниям современников, среди которых был Цицерон, Цезарь был уверен в безотлагательности всего, что делал. Он старался исключить какую бы то ни было промежуточную стадию между побуждением и поступком. «Вени — види — вици» (пришел, увидел, победил) было девизом полководца. Так же и в повседневной жизни: ел, когда был голоден, ложился спать, когда его клонило ко сну. Много раз во время важнейших совещаний, в присутствии послов и консулов, которые приезжали к нему со всех концов земли, он покидал их с извиняющейся улыбкой, уходя в соседние покои. Каков был в ту минуту зов природы, им оставалось неизвестно: быть может, хотел уснуть, поесть похлебки, обнять одну из трех девушек-любовниц, которых всегда держал под рукой... Свои привычки он оправдывал теорией, по которой выходило, будто отрицая, что ты животное, превращаешься в получеловека.

Видимо, гении отличаются не только признанием инстинктивного, бессознательного начала в себе, но и умением вдохновляться им. Моцарт признавался друзьям, что музыка появляется в его воображении совершенно непроизвольно, как сновидения. Гёте говорил, что многие свои стихи он сочинял в состоянии, которое трудно назвать иначе чем сомнамбулическим. Гофман, известный не только как сказочник, но и как композитор, импровизировал на фортепиано с закрытыми глазами и считал, что он лишь воспроизводит то, что как бы подсказывает ему кто-то со стороны. Ламартин утверждал: «Не я сам думаю, но мои мысли думают за меня». Как сказал Пушкин в своей «Осени»: «Я сладко усыплен моим воображеньем».

Для древних греков гений был кем-то вроде ангела-хранителя, который руководил жизнью человека. Сейчас мы называем гением того, кто воплощает для нас Идеал. Почему-то только видим это, как и все большое, на расстоянии — или в пространстве, или во времени. А если гений живет рядом с нами, Называем его ненормальным, а значит, сумасшедшим. Если ненормальное рвется из нас,, мы его пугливо прячем: лучше быть как все.

 

ЖЕРТВЫ САМОВНУШЕНИЯ

Перенесемся в Германию 1956 года, в деревню Коннерсрейт. Страстная пятница, день страстей господних, в память о его распятии. Деревенские улицы запружены тысячами людей. Некоторые проехали сотни километров, чтобы попасть сюда именно к этому дню. Все они жаждут только одного: увидеть Терезу Ней-манн.

Странная история этой женщины началась в 1926 году, когда Терезе было 28 лет. На левом боку, прямо против сердца, у нее появилась рана, обильно источавшая кровь. Кровь сочилась и из ранок на кистях и ступнях — именно в тех местах, где Христу при распятии были вбиты гвозди.

Вызвали доктора Зейдля из ближайшего города. Рана против сердца оказалась глубиной 4 см. Смазав кровоточащие места мазью, озадаченный врач уехал. Он был первым в длинном ряду специалистов, которые приходили, смотрели и уходили, недоумевая. Тереза ощущала мучительные боли до трех часов утра 17 апреля, когда боль вдруг стала утихать и вскоре совсем исчезла.

Раны зажили, не оставив рубцов. Впрочем, их едва ли можно было назвать зажившими: они затянулись сухой прозрачной пленкой, сквозь которую виднелась мышечная ткань. Каждый год, незадолго до страстной недели, эти раны на теле начинали кровоточить. Кровотечение продолжалось всю следующую за пасхой неделю, иногда несколькими днями дольше.

Тереза стала невольной жертвой религиозного самовнушения: проидентифици-ровалась, как мы сейчас бы сказали, с Христом и стала испытывать все его муки с соответствующими телесными проявлениями. Точно так же можно по воле своего тревожного воображения войти в роль больного и «дождаться» тех болезней, которые возникают «на нервной почве». Это нейродерматит, бронхиальная астма, ве-гетососудистая дистония, гипертоническая болезнь, кардионевроз, язвенная болезнь желудка и 12-перстной кишки, спастический колит, нарушения менструального цикла, импотенция...

Еще сравнительно недавно встречалась «ложная беременность», которую иногда можно было ликвидировать хорошей клизмой. Сейчас у тревожных женщин дело ограничивается задержкой месячных на пару месяцев.

Конечно, никто уже не считает всерьез, что все болезни — «от нервов», но согласитесь, наш перечень получился достаточно внушительным. Добавьте к нему еще двигательные нарушения: писчий спазм, спазм «рука акушера» (у пианисток) , потеря голоса и заикание при волнении, нервные тики и дрожь. Не забудьте про онемение кожи и слизистых с потерей вкуса, обоняния, отсутствие оргазма.

Итак, набралась целая отрасль медицины, которая именуется психоматиче-ской («сома» означает тело). На Западе она уже давно выделилась в самостоятельную. Психосоматические расстройства особенно хорошо поддаются аутотренингу. Все равно уже внимание больного приковано к телу, так пусть уж пользуется этим с толком! Вот пара случаев из практики.

Больной, 40-летний крепкий мужчина, полгода не ходил в баню (мылся дома в корыте), не ездил в автобусе, не выходил из дома без валидола — все из-за страха сердечного приступа. А возникали они у него то и дело, при малейшем волнении, «скорая» уже отказывалась выезжать. Он считал себя конченным человеком, боялся связать свою жизнь с любимой женщиной. Наконец, из-за частых больничных листов терапевты перевели его на инвалидность.

На гипнотических сеансах больной не засыпал, боялся потерять контроль над своим сердцем, а следил он за ним постоянно, дома засыпал только с таблетками. Поскольку в AT сон не предполагается, наоборот, необходима максимальная сосредоточенность на собственных ощущениях, его это вполне устроило. Оставалось лишь изменить установку с ожидания неприятных ощущений в области сердца на ожидание приятных, а там и незаметных. Через месяц занятий новоиспеченный инвалид вернулся к своей работе механика, а еще через пару месяцев женился. Я его потом встречал в городе с женой и дочуркой — совсем другой человек!

Другой больной, заядлый любитель подледного рыбного лова, упал с лодки в ледяную воду, заболел ангиной с осложнением на сердце и приобрел страх холода. От одного слова «холод» он буквально трясся всем телом от страха. При температуре воздуха ниже плюс 10 градусов выходил на улицу, не иначе как заткнув нос ватой и крепко сжав рот. Терапевты отказывались от него один- за другим. Он пришел ко мне, уже ни во что не веря, просто от отчаяния. К гипнозу он относился с большим скепсисом, но читал про AT и решил попробовать Три месяца тренировок — и вот он уже ходит на лыжах при любой погоде, благо снова наступила зима.

Дело, однако, не в том, чтобы расслабить мышцы и согреть нужный участок тела. Это можно делать и другими, менее трудоемкими способами, скажем, с помощью физиотерапии. Эффект аутотренинга зависит от другого: от того, что пациент перестает играть роль больного и начинает вновь жить жизнью здорового человека.   .

 

ПОРОЧНЫЙ КРУГ НЕВРОТИКА

Невротик — сам себе и жертва, и палач. И прежде чем станет хронически раздраженным, бывает тревожным. Он испытывает смутное предчувствие какой-то угрозы, ищет и находит поводы для нее. Друзья говорят: перестань ты, нашел из-за чего тревожиться! Он послушно перестает, но тревога находит новую пищу. Вот он, первый порочный круг невротика, точнее, человека, предрасположенного к неврозу.

Одна моя больная так говорила о себе: «Я из мухи делаю слона, из слона — стадо и открываю промысел слоновой кости».

На преодоление постоянной тревоги человеку приходится тратить уйму сил. Мало того что надо доискаться до «причины», приходится еще предпринимать какие-то «защитные» действия, излишние, перестраховочные. Изнуряющая гонка по кругу, как у белки в колесе.

Рано или поздно организм не выдерживает перенапряжения. Обычно где тонко, там и рвется. Чаще всего страдает сердце — барометр нашего эмоционального состояния. Оно сжимается, усиленно бьется, замирает... Нередко бывают головные боли по типу «каски» — судорожно сжимаются мышцы головы. Вреда, конечно, никакого, но ведь больно! И непонятно отчего — вдруг опухоль? А от страха волнение усиливается.

Французский исследователь неврозов Дюбуа писал: «Ничто не заставляет так сильно биться сердце, как чувство страха. Положим, вы проснулись с сердцебиением из-за какого-то страшного сновидения. Если вы сейчас же поддаетесь страху и думаете, что вы уже умираете, вы создаете этим душевное волнение, которое заставляет ваше сердце усиленно биться. Если перед этим пульс был 100, он участится до 120. Страх и волнение от этого только усиливаются, и в результате ваш пульс еще больше ускоряется и доходит до 140.

То же происходит с засыпанием. Чем больше невротик боится бессонницы, Тем трудней, ему уснуть. Сон отлетает от него, как птица, за которой гонятся, и чем усерднее ее стараются поймать, тем дальше она отлетает.

Конечно, после бессонной ночи невротик встает с тяжелой головой, днем он засыпает на ходу, ему ни до чего нет дела, только бы его оставили в покое; от малейшего усилия он смертельно устает. Один пациент жаловался: «Я могу слушать собеседника не больше десяти минут, а дальше уже не могу уловить смысла его слов. Они сливаются в однообразный звук. После разговора я чувствую себя разбитым и больным».

Состояние невротика не улучшается и после выходных, ведь источник утомления уже не в ситуации, а внутри него. Хотя и ситуация вокруг него постепенно начинает ухудшаться: конфликты на работе, в семье. Нигде ничего не клеится, не жизнь, а сплошное мучение! Только активно проведенный отпуск дает временное облегчение.

Тревожная сосредоточенность на своем состоянии — основа любого невроза, как не классифицируй. В наиболее чистом виде тревога проявляется при неврозе навязчивых страхов. Это могут быть просто приступы страха, напоминающие детские страхи темноты, замкнутого пространства, одиночества. Нередко пусковым моментом для такой реакции служит длительная остановка поезда в туннеле метро. Психоаналитики связывают возникающее при этом паническое чувство с тем ужасом, который человек, возможно, пережил во время трудных родов, например, с асфиксией, угрозой смерти от об-вития пуповины.

У человека, который больше всего на свете боится сойти с ума, тревога может проявляться в виде навязчивого страха сумасшествия. Поводом для такого страха может быть и головная боль, и бессонница, и расстройство внимания и памяти из-за того, что голова забита страхами, а также из-за тревожного ожидания: не смогу вспомнить, не справлюсь с работой, потеряю контроль над собой.

Не припомню случая, чтобы даже самая сильная головная боль или длительная бессонница свела кого-нибудь из моих пациентов с ума. Хотя поведение больных с навязчивыми страхами действительно может быть нелепым. Например, один невротик узнал, что его сосед в состоянии белой горячки выбросился из окна и разбился. С этого дня наш больной, абсолютный трезвенник, стал спать в маленькой прихожей на раскладушке, запирая на ключ дверь в комнату, чтобы ночью во сне не зайти в комнату и не выброситься из окна (лунатиком он, кстати, тоже никогда не был).

«Страх» по-гречески — «фобия», а соответствующий раздел неврозологии называют «садом греческих корней», так как названия навязчивых страхов традиционно даются по-гречески. Самые частые фобии — это страхи темноты, одиночества, высоты, толпы, замкнутых или, наоборот, открытых пространств. При клаустрофобии (страхе закрытого пространства) больной чувствует себя спокойнее в квартире, только если открыто окно (на случай пожара, для притока свежего воздуха — объяснений бывает много) При агорофобии («агора»   —   площадь)   больной   боится уходить далеко от дома — «вдруг какой-нибудь приступ».

И действительно, при возникновении приступа страха на улице (да и в любом другом «опасном» месте) у больного замирает, «останавливается» сердце, его бросает то в жар, то в холод; вспотевший и бледный, он весь дрожит, ноги у него подкашиваются, и ему кажется, что он вот-вот умрет. Поистине, смелый умирает один раз, а трус— тысячу.

 

ТОЛЬКО ДЛЯ «ТЯЖЕЛО ЗДОРОВЫХ»

На каждого невротика приходится, наверное, по крайней мере, десяток людей просто нервных, которые не зацикливаются на своих ощущениях и переживаниях, хотя иногда и принимают что-нибудь успокаивающее во время слишком уж больших волнений. Этой фиксацией внимания не на себе, а на своих проблемах они в принципе отличаются от невротика, которого больше всего на свете волнует его собственное состояние.

Если вы, дорогой читатель, лечитесь по поводу невроза или, что все равно, по поводу какого-либо из перечисленных ранее психосоматических заболеваний, то конец этой главы вам лучше не читать или пробежать просто ради интереса.

Дело в том, что дальше речь пойдет о навыках аутогенной тренировки, которыми, по моим наблюдениям, можно овладеть самостоятельно. При имеющемся уже неврозе, к сожалению, погружение в состояние AT без контроля психотерапевта чревато усилением невротической симптоматики. Поэтому уж не обижайтесь, пожалуйста, практикум, который сейчас я проведу, предназначен только «тяжело здоровым», которых даже при их нервности невозможно заставить волноваться за свое здоровье. Хотите облегчить себе свое существование: лучше владеть собой, легче засыпать, реже ссориться? Тогда давайте приступим к делу.

Для начала предлагаю вам такой эксперимент. Прикажите себе: «Рот, увлажнись!» Ну, как? Конечно, не получается.

Приказывать можно только мышечной оболочке тела, она подчиняется волевым приказам. Все остальное в нас воле неподвластно.

Пойдем другим путем. Представьте себе не спеша: вы срезаете острым ножом тонкую, прозрачную дольку ^лимона... по острию ножа стекает мутнкЙ сок. Вы берете мокрую от сока дольку Лимона и макаете ее в сахар, кладете обжигающий кислотой ломтик лимона й jfcrr... Теперь вы, надеюсь, можете проглотить слюну, полученную путем самовнушения, хотя в нем и слова не было о слюне.

Выходит, самовнушение, отличается от волевого усилия тем, чти использует воображение, представление. Мысленно создаются условия, в которых может появиться нужное ощущение, внимание сосредоточивается на его ожидании — и вот оно! Вот такие отношения доЛжны быть с собственным подсознанием, чтобы оно «шло навстречу».

Подсознание — этЬ кошка, которая «гуляет сама по себе». Начните загонять ее в угол — надолго убежит, а то и глаза выцарапает. Во всяком случае мышей она будет ловить не у вас, а в другом, более подходящем, месте. Придется принять ее правила игры. Так что поставьте ей в угол блюдечко с молоком и скромно, терпеливо ждите. Придет, полакает, а там, может быть, и помурлычет у вас на коленях..»

Итак, после того как вы вспомнили забытую заповедь: доброе слово и кошке приятно, сделаем следующий шаг. Прочтите программу погружения, запомните ее и закройте глаза.

«Мы в лифте, будем сейчак опускаться с 10-го этажа на 1-й. Вдохните и нажмите «ПУСК». Медленно, на выдохе, сменяются цифры на табло: 10... 9... 8... Вот и 1. Вздохнули и вернулись к себе домой. Какое мягкое, расслабленное стало тело... Хорошо сидим... Ощутили кончиками пальцев воздух в комнате...

Теперь посмотрели на черную классную доску...

Любуемся красным закатом солнца...

Перед нами зеленый луг...

Вверху — чистое голубое небо...

Перед глазами — лиловая ткань...

Свежевыпавший снег, белое безмолвие...»

Как там ваша киса, больше не скребет на душе, мурлычет? Ну вот и хорошо. В таком духе и будем продолжать. Надеюсь, вы не забыли ее погладить. Больше я Q6 ЭТОМ вам напоминать не буду. Мы сейнас перейдем к тренировке исходного положения для погружения. Хотя оно и рр принципиально, но все же способствует.

 

ПОЗА АУТОТРЕНИНГА

Почему-то почти все авторы требуют проводить ДТ лежа на спине с вытянутыми вдоль туловища руками или в позе кучера на облучке. Поставьте кошку по стойке «смирно», потом опрокиньте ее на спину — будет она спать? Вот у человеческого спеленутого младенца сил сопротивляться нет, хочешь — не хочешь, привыкает рн, бедняга, спать в таком неловком положении. Родителям, конечно, удобно: им сверху видно все... Потом, когда младенец превращается в родителя, Психотерапевта — впрочем, не буду ссориться с коллегами, это чревато.    '..'.'.

Своим пациентам я рекомендую занимать «утроф(|е» положение. И не только в память о участливом пребывании в материнской утробе, но и потому, что так легче расслоиться чисто физиологически. Ведь то/иуур мышц-сгибателей в покое больше, че!^ ^азгибательный, вот и тянет человека свернуться уютным калачиком. «Царствуй, лежа на боку...»

Часто маленькие дети предпочитают спать в поз|: ,рягушонка — на локтях и коленях, —'тдт же калачик, повернутый на 90 градусов,;

Что же Дается позы «кучера на облучке» — н| з,наю, не застал такового, но с подачи Шульца, который, видимо, взял этот образ с натуры, несколько лет упрямо усаживал рвоих пациентов на кончик стула, хотя они нередко и сваливались с него, перевесившись слишком вперед. Теперь они сидят у меня в мягких креслах с подголовниками и подлокотниками. Конечно, начинать лучше лежа. Сидя — это уже потом для тренировки в условиях, приближенных к полевым.

Правда, в таких позах, более уютных по сравнению с классическими позами AT, таится одна опасность: слишком уж они располагают ко сну, трудно долго сохранять самоконтроль. Вот для гипноза они больше подходят. Так ведь и я не скрываю, что первый этап обучения аутотренингу — это сплошной гипноз. А раз так — пусть будет и соответствующая поза. Логично?

К тому же многим совсем и ни к чему весь комплекс AT, им хотя бы научиться быстро и легко засыпать. Несколько раз вспомнили, как сладко спалось в «мамином животике», и можно смело дарить весь запас снотворных своему лучшему врагу.

 

РАССЛАБЛЯЮЩЕЕ ДЫХАНИЕ

Вспомните, как дышит спящий: расслабленно, редко. Причем создается впечатление, что он больше выдыхает, чем вдыхает. Так оно и есть. Во сне организм освобождается от накопившегося углекислого газа, а кислорода ему в пассивном состоянии много не надо, самый минимум.

Если вы сейчас так подышите минуту, вас потянет ко сну. Сонное дыхание включает весь механизм сна. А теперь еще вспомните, как в школе надо было «проспать» контрольную и вы изображали непробудный сон. Вошли в роль?

И, наконец, сделаем дыхание максимально редким. Пусть соотношение вдоха, выдоха и паузы перед вдохом будет 4:8:2, то есть вдох на 4, выдох на 8 и пауза на 2. Когда такое дыхание установится, закажите себе увидеть какой-нибудь пейзаж в спокойных голубых и зеленых тонах. А пока — дышите. Йоги говорят: слушая свое дыхание, ты слушаешь ритм Вселенной.

 

ПЛАСТИЛИН — ПРОТИВ РАЗДРАЖИТЕЛЬНОСТИ

Раздражительность — это, когда заводишься с пол-оборота. Сами собой злобно сжимаются кулаки, стискиваются челюсти с людоедских времен, что ли? Хорошо все же было дикарям. А теперь что? Даже на дуэль не вызовешь. Молчи, а то еще и вежливо улыбайся. А злость прячь в собственном сердце, в сосудах, глотай обиду, как велят приличия.

Чтобы выпустить пары, разрядиться, необходимо «физическое отреагирова-ние». Вместо первобытной драки в цивилизованном мире для этого придумано множество способов. Спортивное соперничество — пожалуй, самый старый из них. Многих болельщиков спорт, вполне возможно, привлекает, в первую очередь, возможностью выразить скопившуюся агрессию, болея за «своего» и негодуя против «противника».

В США, говорят, для разрядки едут на ближайшее кладбище автомобилей и сплющивают кувалдой облюбованную машину. Японцы ставят у входа в цех резиновую куклу мастера — лупи, сколько влезет, администрация относится с пониманием: успокоится, лучше работать будет. Немцы, те предпочитают пластилин: вылепят голову обидчика и с наслаждением мнут, пока вся злость из пальцев не выйдет.

Может быть, и вам подобрать что-нибудь соответствующее вашим склонностям и возможностям? Нарисовать дружеский шарж или сочинить частушку... Постучать кулаком по столу, представляя, что это стол начальника. На худой конец, походить по улице, попинать ногами какую-нибудь банку. Глядишь, и отойдете, разрядитесь. Ну, а если заведетесь еще больше, значит, дело не просто в вашей вспыльчивости. Вероятно, серьезно ущемили ваши интересы. Раз так, чего же зря тратить энергию — защищайтесь!

Но и защищая свои интересы, не теряйте голову, держите энергию под контролем, тратьте ее экономно. Знаете, что помогает мне сохранять работоспособность с моими нервными пациентами? Прежде всего, простое правило: чем громче говорит собеседник, тем тише я ему отвечаю. И обычно он, повинуясь инстинкту подражания, тоже снижает тон. Попробуйте, не пожалеете!

Конечно, есть люди с «легким» характером. Но почему вы думаете, что всем им он достался от природы, с генами?

Многие из них сознательно или непроизвольно выработали для себя определенный тип поведения, правила общения. А раз есть правила, значит, при им может научиться каждый, не так ли

 

УЛЫБАЙСЯ!

Если вы, последив за собой, заметили, что напрягаете людей своими резкими манерами, начните со своего внешнего вида. Не наморщен ли лоб, не насуплены ли брови, легко ли удается улыбнуться? Не надо ли опустить плечи, разжать кулаки? А может быть, вы сейчас давите в себе желание подвигаться?

Тогда встаньте, походите, даже попрыгайте. Если же этого не позволяет обстановка, хотя бы напрягите мышцы до предела, а потом максимально расслабьтесь, глубоко подышите. Желательно, чтобы выдох был длиннее вдоха в полтора-два раза. Понаблюдайте, удастся ли вам контролировать свой мышечный тонус в течение дня, особенно во время общения с людьми.

Вы весь день следили за выражением своего лица и что же? К вечеру оно застыло в улыбке, как у человека, который смеется.

— Нет, мне это не подходит, — говорите вы, с раздражением сдирая с лица эту тесную маску.

Ну-ну, не сердитесь. Это с непривычки. Понимаю, что вы не хотите больше улыбаться, а я и не предлагаю. Наоборот, хочу, чтобы вы не сдерживали больше своего раздражения, максимально выразили его своим лицом.

О, с этим у нас без проблем! Но что это, вы улыбаетесь? С чего это, не знаете? Сработал механизм контраста. Его мы сейчас и используем, чтобы научиться владеть своим лицом, не насилуя его. Зачем это нужно? Дело в том, что есть обратная связь: когда на душе тошно, у вас и выражение, будто вас сейчас стошнит. Но сделайте нарочно «ы-ы...» — как там внутри, работает обратная связь?

Набор мимических масок — это набор внутренних состояний. Но просто заставить лицо изображать что-то — не искусство, а плохая самодеятельность. Мы пойдем другим путем.

 

«МАСКА, Я ТЕБЯ ЗНАЮ!»

Вам легко смотреть собеседнику в глаза? У меня с этим лет в 15—17 были проблемы. Но многие (может быть, и вы?) до седых волос сохраняют манеру отводить глаза при разговоре.

На первом занятии группы я обычно предлагаю минуту молча посмотреть друг другу в глаза. Через несколько секунд начинается хихиканье, перешептывание, почти все смущенно отводят глаза в сторону. Убирают самый главный орган общения, да-да, это отнюдь не язык, который своей болтовней лишь маскирует истинные чувства, а когда пытаешься их выразить, оказывается удивительно беспомощным. Зато глаза делают это без всяких усилий, иногда даже предательски, против нашей воли. Зеркало души...

Некоторые мошенники работают «на голубом глазу», излучая доверие и доброжелательность широко распахнутыми глазами — вот он я, весь нараспашку, мне нечего скрывать! Но это — высший пилотаж. Наша цель гораздо скромнее: разогреть свое лицо, оживить те выражения, которые у нас были в далеком детстве, но от бездействия атрофировались. Из-за чего наше лицо стало замороженным, скучным и напряженным.

Мы ограничимся глазами и ртом, этими центрами мимики. Центр «номер один» — глаза. Задача: раскрыть их максимально. Поставьте перед собой зеркало. Действуйте. Вы отлично владеете круговыми мышцами глаз, таращите их просто замечательно.

Не желаете ли вспомнить опыт с лимоном, чтобы глаза раскрылись живым человеческим чувством? Пожалуйста. Только лимон, к сожалению, не подойдет, от кислого глаза морщатся — рефлекс. Вспомните лучше вашу первую новогоднюю елку. Первый увиденный салют. А теперь вспомните, как ваш любимый футболист забил решающий — ГО-ОЛ! Хорошо!

Сейчас представьте, что стена перед вами раздвигается, и вы видите там, как в зеркале... своего двойника с выпученными от удивления глазами. Ага, чувствуете, как ваши собственные глаза полезли на лоб? Про такой взгляд говорят: «Смотрит, открыв рот, пожирает глазами». Широко открытые глаза, оказывается, заглатывают информацию, как жадный рот пищу!

Немного усложним задачу. После долгой разлуки вы встречаете вдруг любимого друга: «О! Сколько лет!» Получилось? Пошли дальше. Некто цинично предлагает вам позорную сделку, вы в гневе: «Да ты что?» И последнее упражнение. Вы объяснились в любви и жадно вг|1ядывае-тесь: улыбнутся милые глаза или нахмурятся?

Устали? Отдохните. Прикройте веки, посидите так...

Откройте глаза. Чувствуете, какой гладкий, расслабленный стал у вас лоб? Вот и получился опять фокус с лимоном: ни слова не было о морщинах на лбу и вокруг глаз, а они разгладились сами собой. Так, уже приятнее на вас смотреть. Осталась нижняя половина лица.

Оскальте, пожалуйста, зубы. Больше, еще больше. Где ваши клыки? Так, хорошо. Теперь оближите губы, всосите их внутрь, прикусите зубами, помассируйте языком, как трубач перед игрой. Поплюйте (без слюны) как можно дальше, как будто стреляете вишневыми косточками. Получается? Тогда подуйте в трубу, сначала в большую, широкую: «Пу-пу-пу...», теперь в маленькую, узкую. Губы в узелок: «Пи-пи-пи-пи!» Звуки без настоящей трубы получаются несколько иные.

Надуйте теперь губки, как в детстве, когда вы, наевшись, выталкивали язычком материнскую грудь — надоела, уходи! Ух, какие пухлые, чувственные губки у нас, оказывается! Жалко, что кое-кто не видит... Ну, ничего. Давайте вспомним, как в детстве строчили из пулемета: «Т-т-т-т-т!» А как распевали на радостях: «Ля-ля-ля-ля, ля-ля-ля-ля!» Прекрасно. Я вижу: вы совсем впали в детство.

Давайте подразним вот этого противного задавалу. Высуньте ему язык: «Ы-ы!..» И покажите, какой он дебил: «Э-э...» Просто замечательно!

А сейчас вы решились на рискованный поступок — чувствуете, как полезла вперед нижняя челюсть, словно вот-вот вцепится зубами в добычу! Но вот добыча во рту, вкусная, сочная, как шашлык. Можно еще кусочек и еще... Жуйте, не спешите.

Ох-хо-хо, после сытного обеда по закону Архимеда... Позевали? И прозевали, все остальное увели. Ваши челюсти стискиваются, как захлопнувшийся стальной капкан, — ух, попадись сейчас этот вор! Вы бы отомстили ему разом за все свои обиды! Но как быстро он убежал — здорово, наверное, боялся вас, трус несчастный. Вот вы и усмехнулись. К тому же вам достались самые лакомые куски, ха-ха!

Какое умиротворенное у вас сейчас лицо. Лоб гладкий, без морщин, взгляд открытый и в то же время как бы лукавый, щеки мягкие, губы полураскрыты, зубы разжаты, язык свободно распластан. На лице едва заметно играет загадочная улыбка, легкая, безмятежная... Улыбка Будды. И на нашем рабочем жаргоне — маска расслабленная (релаксации).

Надеюсь, женщинам эта маска понравится не меньше косметической, ведь она омолаживает не только лицо, но и душу!

 

ГДЕ ВЗЯТЬ СИЛЫ

Упражнение, которым мы сейчас займемся, называется «Бодрость». Оно помогает включить резервные силы, создает уверенный настрой. Особенно полезно это упражнение при пониженном артериальном давлении. При повышенном же его лучше делать вполсилы, исключив особенно энергичные формулы самовнушения.

Проговаривая про себя слова-представления, напирайте на звук «р», это бодрит. Зрительные образы окрасьте в красный и оранжевый цвета, это тоже возбуждает. Чтобы легче почувствовать в конце толчок, скопившийся импульс управляемой энергии, займите исходное положение сидя. Лучше сесть у открытой форточки

Внимательно прочитайте текст упражнения, запомните последовательность образов.

Проверьте себя мысленно, затем сверьте с текстом, добейтесь совпадения и затем приступайте, закрыв глаза.

Вызывайте новое представление только тогда, когда получилось предыдущее. Упражнение делается в конце сеанса AT.

«Лоб овевает свежий ветерок».

«Лоб становится приятно прохладным».

«Голова свежеет, проясняется».

«Она хорошо отдохнула, успокоилась».

«Освободилась от всего мешающего».

«Голова свободная и легкая».

«Чистая, ясная, как хрусталь».

«Свежая, как вода в роднике».

«Мысли спокойные и уверенные».

«Я спокоен (спокойна)».

«Я уверен (уверена)».

«Я легко владею собой».

«Своими мыслями, чувствами и поступками».

«Большой запас сил и уверенности во мне».

«Я добьюсь своего».

«У меня много сил и терпения».

«На душе большой запас выдержки и самообладания».

«Тело наливается спокойной силой, энергией».

«Оживает каждая мышца, каждая клеточка тела».

«У меня большой запас бодрости и оптимизма».

«Плечи и спину обдает легкий озноб».

«Будто освежающий душ».

«Все мышцы становятся упругими».

«Стою на высокой скале над морем».

«Волны бьются под ногами».

«Ветер усиливается, рвет одежду».

«Чувствую прилив сил и энергии».

«По телу пробегают мурашки».

«Как будто крылья вырастают за спиной».

«Я как большая сильная птица, готовая взлететь».

«Как сжатая пружина».

«Все готово, к прыжку вверх».

«Внимание,..»

«Толчок — встать!»

Теперь подвигайтесь, сбросьте избыток возбуждения, чтобы легче было управлять энергии, который вы ощущаете сейчас в себе «всеми фибрами души».

 

АУТОТРЕНИНГ НА БЕГУ

Если вы бегаете по утрам, то поймете меня, под любыми предлогами пропускающего эти пробежки. Скучно... Я и в бассейн из-за э,ургр не хожу: туда-сюда, туда-сюда, ско,ль.ко можно?

Но если бы у меня возникли проблемы со Здоровье!*, я бы, конечно, вытерпел эту скуку. Как-то меня пригласили в качестве психотерапевта в группу здоровья, точнее, оздоровительного закаливания и предложили разработать вариант AT для! тренировки «на ходу», а то скучно так просто ходить и бегать. Так как я хорошо понимал участников группы, то взялся за дело. И получилась программа для наших целей. Так что рекомендую.

Программа делится на три этапа. Первый — «Тепло,», основан на физиологическом свойстве организма выделять тепло при мышечной работе. Благодаря этому через несколько минут легкого бега можно констатировать:

«Мышцы прогреваются приятным глубоким теплрм...»

«Руки и ноги теплые, согреваются...»

«Горячая кровь струится по всему телу...»

«Тело пропитано густым глубоким теплом, как губка...»

«Тело излучает тепло».

Такие представления помогают почувствовать нужные ощущения и усилить их.

Второй э/ran — «Бодрость». .На этом этапе используется ощущение той легкости движений, когда мышцы рук и ног разогрелись, связки суставов обрели эластичность, установился автоматический ритм дыхания, сердцебиения и движений бега. Все эти ощущения сводятся в одно — ощущение свободного полета, парения.

«Мне тепло и легко...»

«Щеки овевает приятный ветерок...»

«Вдох успокаивает...»

«Выдох спокойный...»

«Сердце бьется ритмично, равномерно...»

«На душе спокойно и легко...»

«Мышцы наливаются спокойной силой...»

«Излишнее напряжение уходит само собой...»

«У меня много сил и энергии...»

«Чувствую в себе силу, смелость и бодрость».

Третий, заключительный этап — «Радость». Задача: не дать энергии уйти в «пар», в какое-нибудь озорство, на которое обычно тянет в середине дистанции. Проблема в том, чтобы сберечь эту энергию, пропитать ею душу и тело, окрасить в радостные цвета. Есть такое выражение: «мышечная радость», так что сам организм в движении создает основу для такого настроения, только пользуйся! Формулы этого этапа:

«Во мне пульсирует горячая здоровая кровь...»

«Огромный заряд сил и энергии...»

«Я как пульсирующее солнце...»

«Лоб приятно прохладный...»

«Я легко владею собой, своей энергией...»

«Реакция спокойная и деловая...»

«Я верю в свои силы...»

«Мне легко и приятно с людьми...»

«И людям приятно со мной...»

«На душе тепло и спокойно...»

«Полный покой на душе...»

«В моем сердце живет любовь к жизни, к любимым, к своему телу...»

«Оно дарит мне столько часов счастья...»

«Оно дарит его моим любимым...»

«И получает столько же назад...»

«Я чувствую себя в центре этого горячего, радостного круга любви...»

«Он проходит через землю, через мое тело, уходит в небо и возвращается в землю...»

«Этот круг радости и любви всегда со мной».

 

<<< Содержание номера             Следующая статья >>>