Вся библиотека >>>

Содержание >>>

 

 

Архивы. Периодические издания – журналы, брошюры, сборники статей

Журнал Здоровье


1989/5

 

Новые лекарства

 

 

ОКОЛО тридцати тысяч заболеваний известны современной медицине. Количество же лекарственных препаратов, применяемых для лечения болезней, во много раз больше — оно достигло 300 тысяч и продолжает расти. Что заставляет ученых, исследователей непрерывно приумножать и без того немалый арсенал лекарственных средств? Какие цели ставят перед собой создатели новых препаратов, ведущие непрекращающийся поиск? На вопросы нашего корреспондента О. ЗЕДАЙН отвечают директор Института фармакологии АМН СССР, академик АМН СССР Артур Викторович ВАЛЬДМАН и директор ВНИИ по изысканию новых антибиотиков, доктор биологических наук, профессор Юрий Васильевич ДУДНИК.

 

 

А. В. ВАЛЬДМАН. Максимум эффекта, минимум вреда — вот два основных требования к каждому вновь создаваемому лекарству. Просто множить число препаратов нет смысла: оно так велико, что даже термин появился — «фармацевтический взрыв». Однако препараты, которые имеются, не в полной мере удовлетворяют практическую медицину, всегда существует некое «но», которое не дает лекарству быть идеальным во всех отношениях.

Вот, к примеру, широко всем известные кардиотонические средства. Сравнительно недавно приходилось довольствоваться настоем трав: наперстянки, ландыша, некоторых других. Затем резкий рост сердечно-сосудистых заболеваний, наблюдающийся во всем мире в последние десятилетия, потребовал средств более эффективных. Из травяного сырья выделили действующее химическое начало, оказывающее стимулирующее влияние на сердечную деятельность, и на его основе создали целую группу препаратов— сердечные гли-козиды. Все они повышают сократительную способность миокарда, улучшают его кровоснабжение и питание, ускоряют кровоток, уменьшают или устраняют застойные явления и кислородное голодание тканей. К тому же каждый препарат этой группы наделен еще и специфическим фармакологическим действием, что позволяет выбрать именно то лекарство, которое даст наилучший эффект в данном случае. Скажем, при хронической сердечной недостаточности, обусловленной пороками сердца, артериальной гипертонией, нарушением легочного кровообращения, назначают гликозиды наперстянки. При острой же сердечной недостаточности, сердечной астме, отеке легких прибегают к внутривенному введению быстродействующего строфантина и его аналогов.

Казалось бы, практическому врачу есть из чего выбирать и чем лечить. Но... Есть у этих препаратов такие отрицательные свойства, которые заставляют врача пользоваться ими с большой осторожностью. Недаром говорят, что сердечные гликозиды в руках терапевта то же, что нож в руках хирурга. Поэтому нельзя считать проблему решенной и нельзя прекращать поиска новых препаратов.

Ю. В. ДУДНИК. Одна из главных причин, которая не позволяет остановиться на достигнутом и заставляет искать все новые и новые препараты — это возникновение устойчивых форм патогенных (болезнетворных) микроорганизмов. Многие из них с поразительной скоростью приспосабливаются к антибиотикам.. Пример тому— пенициллин, открывший всего несколько десятилетий назад эру антибиотиков.

Сейчас, увы, он сдает свои позиции (по зарубежным данным, примерно 80% штаммов стафилококков устойчивы к нему) и все больше используется как исходный продукт для получения новых полусинтетических пенициллинов.

Кроме того, заявили о себе так называемые оппортунистические инфекции, возбудителями которых стали ранее непатогенные микроорганизмы. Они выявляются у больных иммунодефицитами, и в частности СПИДом. У них, например, часто развиваются тяжелые пневмонии, вызываемые пневмоцистой. Этот микроб довольно безобиден и практически непатогенен для здорового человека. И лишь ослабление защитных сил организма, недостаточность иммунной системы делают пнев-моцисту болезнетворной.

Естественно, против новых возбудителей приходится искать новые средства защиты. Совсем недавно создано новое поколение беталактамных антибиотиков (це-фалоспоринов). У них очень широкий спектр действия. И пока микроорганизмы не выработали к ним резистентности, то есть устойчивости, цефалоспорины можно считать высокоэффективными средствами борьбы со многими тяжелыми инфекциями.

Корр. Юрий Васильевич, к сожалению, вера в эффективность и надежность антибиотиков в последнее время сильно пошатнулась. Многие считают антибиотики вредными лекарствами, и нередко больные, наслышанные о побочных действиях этих препаратов, предпочитают травы, гомеопатические средства. Действительно ли антибиотики выделяются из общего ряда частотой и тяжестью побочных действий?

Ю. В. ДУДНИК. Как правило, врач назначает .антибиотики, когда инфекционное заболевание протекает тяжело, с различными осложнениями. В частности, при стафилококковых инфекциях траволечение бессильно, а с помощью современных полусинтетических антибиотиков удается излечивать до 70% больных (до их создания этот показатель не превышал 25%).

Теперь о побочном действии антибиотиков. Конечно, оно есть. Потому что любое противомикробное средство уничтожает не только наших врагов— возбудителей заболевания, но и наших союзников— микробов, обитающих в пищеварительном тракте. Но, как правило, отрицательные свойства антибиотиков выдвигаются на первый план в тех случаях, когда препараты применяют неумело, бесконтрольно.

Не стану утверждать, что врачи всегда к месту применяют это сильнодействующее оружие. А ведь эффективность любого лекарственного средства зависит не только от того, какими свойствами наделили его создатели, но и от того, насколько правильно его применяют -на практике.

В идеале каждый раз из богатого арсенала препаратов надо выбирать именно тот, который подействует на данного возбудителя заболевания. А сделать это можно, лишь выделив возбудителя и определив его чувствительность к имеющимся антибиотикам. К сожалению, такая бактериологическая служба действует лишь в некоторых крупных лечебных учреждениях. Она должна стать обязательной принадлежностью каждой больницы. Только такой подход позволит разработать оптимальную стратегию использования антибиотиков и свести к минимуму их побочное действие.

Корр. Из того, что говорилось, следует, что побочные нежелательные эффекты свойственны всем группам лекарственных веществ. А возможно ли создание лекарственного средства, полностью лишенного этого недостатка?

А. В. ВАЛЬДМАН. Как невозможно изобрести лекарство-панацею на все случаи жизни, так же маловероятно, что будет синтезировано медикаментозное средство, состоящее из одних плюсов и полностью лишенное минусов. Но вся история поиска лекарств — это стремление максимальную пользу сочетать с минимальным вредом. И, пожалуй, сегодняшний уровень развития науки и техники позволяет к этому приблизиться.

Когда исследователи обладали знанием о структуре и функции на уровне органа— сердца, печени, почек, подход к созданию лекарств был одним. И совсем иным он стал в наши дни, когда стали известны тонкие, интимные процессы жизнедеятельности, протекающие не только в тканях, клетках организма, но даже на субклеточйом, молекулярном уровнях. Создание лекарств близких, родственных по своей структуре тем биологически активным веществам, которые работают в организме человека,— вот одно из принципиально новых направлений фармакологии, развитие которого стало возможным благодаря обретенным знаниям.

Возьмем, к примеру, нейропептиды — белковые вещества, вырабатываемые клетками головного мозга. Их насчитывается несколько сотен, и каждый нейропеп-тид участвует в регуляции нескольких функций в организме. Науке уже известны нейропептиды, которые вызывают чувство голода или, напротив, сытости, возбуждают двигательную активность, уменьшают болевые ощущения, усиливают память, способность к обучению...

Но все природные нейропептиды крайне нестойкие соединения— в организме они, выполнив свою роль, под действием ферментов распадаются за считанные минуты. Усилиями ученых и практиков удалось синтезировать некоторые нейропептиды и, защитив от расщепляющего.действия ферментов, сделать их «долгожителями». А это значит, что мы стоим на пути реального создания лекарственных средств, не чужеродных для организма. Но даже в этом случае нет основания думать, что они не будут обладать каким-либо побочным действием.

Ю. В. ДУДНИК. Заповедь «Не повреди)» исповедует не только врач, выписывающий лекарства больному, но и создатели этих лекарств. И все же, как бы мы ни старались, изобрести препарат без побочного действия практически невозможно.

Например, тот же пенициллин обладает стопроцентной избирательностью: его мишень— клеточная стенка бактерии. На . клетки организма человека он не оказывает непосредственного повреждающего действия. Но тем не менее в некоторых случаях он способен включать иные механизмы и провоцировать тяжелые аллергические реакции.

Противоопухолевые антибиотики, над созданием которых работают сотрудники нашего института, обладают значительно меньшей избирательностью и, следовательно, более выраженным побочным действием. Это и понятно: если клетка бактерии сильно отличается от любой клетки организма человека по структуре, по биохимическим реакциям, то опухолевая клетка— та же человеческая, только переродившаяся. Именно поэтому крайне сложно снизить повреждающее действие противоопухолевых препаратов на здоровые клетки. Повысить избирательность лекарства, нацелить его действие исключительно на больные клетки — сложная задача, решение которой требует многих и многих усилий.

Корр. Испокон века и почти до середины нашего столетия появление нового препарата было, как правило, делом случая. Поиск велся методом проб и ошибок. Сегодня он прочно базируется на рациональной основе: лекарства конструируют, открытия планируются. Насколько такой путь эффективней? Не исключает ли он счастливую случайность?

А. В. ВАЛЬДМАН. В настоящее время существуют миллионы и миллионы биологически активных соединений. И если все их наугад перебирать, отыскивая то, что может стать основой лекарственного препарата, не хватит целой жизни. Поэтому во всех лабораториях мира, в том числе и в нашей стране, идет направленный синтез лекарственных препаратов.

Что же касается счастливого случая, то, как говорится, от него никто не застрахован. Такой случай произошел, например, с отечественным препаратом клофелином (зарубежные аналоги— гемитон, катапресан). Он широко применяется в комплексном лечении гипертонической болезни, а также глаукомы — заболевания глаз, основным проявлением которого является повышение внутриглазного давления. А ведь задумывался клофелин как средство... от насморка. Но когда препарат проходил клинические испытания, выяснилось, что он обладает специфическим влиянием на сосудодвигательный центр продолговатого мозга и способен снижать артериальное давление.

Но такие сюрпризы — все же исключение из общего правила. Нет никаких сомнений в том, что направленный поиск лекарственных средств и в дальнейшем будет главным. А удача, как правило, сопутствует тем, кто знает, что и как искать.

 

 <<< Содержание номера    Следующая страница >>>